Анхель, застыв, сжал кулаки до крови и хотел развернуться и всадить по самое запястье в нос этому гнусному козлу, но где-то под сводами стены почуял движение и уловил свет кинокамеры.

— Сделай лицо попроще, ты здесь представляешь Кардинала перед глобальным телевидением. Не позорь все его дело. — Гектор выпятил грудь вперед и посмотрел вниз с серьезным видом. Вся эта дешевая бравада с картинно нахмуренными бровями, напускной обеспокоенный вид и прочая игра на камеру были противны Анхелю, но он не был идиотом, и уже знал, как информация работает “за” или “против” них.

— Я хочу выйти. Открой ворота! — Процедил сквозь зубы Анхель.

— Она предала тебя. Не будь дураком. Отец пообещал тебе статус, деньги, любую бабу…

— А я хочу эту. Зачем ты, мать твою, лезешь ко мне? Что я тебе сделал? Ты поэтому вышвырнул ее за ворота?

— Я лишь сделал то, на что тебе духу не хватило.

— Нравятся такие? Ну и пошел бы поискал себе!

— Да, хорошая девочка. Похожа на тебя как сестра, в этом все дело? — Ухмыльнулся Гектор, надменно качая головой. — Мы знаем о тебе всё…

— Ничего вы обо мне не знаете!

— Даже больше, чем ты сам. Твои родители участвовали в репродуктивном эксперименте с целью выявить фертильность зараженных инфирмой. Он увенчался успехом, но они похитили младенца, и скрыли его существование от всех. Вероятно, потому что знали, какое прожорливое нечто породили! И им просто было стыдно за то, какой ты на самом деле урод. И, между прочим, она сама ушла. Сама! — Гектор расхохотался в спину взбешенному Анхелю, который бросился к сторожевой башне и по лестнице чуть не скатился до самого низа, не глядя под ноги.

Солнце в непривычно безоблачном небе стояло высоко, и обнажало изрытую комьями землю, под толщей которой в плотных ящиках покоилась армия вампиров Кардинала. Лучи яростно резали глаза, и парень, зажмурившись побрел прочь, запинаясь и не разбирая дороги. Анхель кожей чуял, что меж лопаток ему смотрит со стены торжествующий взгляд Брандта, и поэтом направился как можно дальше, в спасительную тень хвойного леса, где на обрыве стояла разбитая и выпотрошенная сторожка Татарина.

Несколько вернувшихся собак сиротливо жались у пустой миски. Никто даже не удосужился похоронить его труп. Злобу тая, парень схватился за лопату, не отпуская мыслей о Саше.

Да, предала. Но была ли она ему предана? Отец, которого он несмотря ни на что, продолжал так называть, часто говорил с ним о долге. Он твердо вдолбил маленькому Олафу Рудольфу Хелльстену по прозвищу Ангел, что невозможно предать того, кто получил твою преданность, не оставив тебе выбора. Долг — это путь, который ты выбираешь и следуешь ему добровольно. А был ли у нее этот выбор?

Оглядываясь назад, он видел лишь попытки избежать бОльшего страдания, чем сулила жизнь. А, как известно, из двух зол человек выбирает для себя наихудшее. То, что ведет его к Дьяволу.

Возможно, этим Дьяволом был он сам. Ему стоило обратиться к Кардиналу, с просьбой отпустить девушку. Вручить ей пропуск, получить благодарный поцелуй в щечку и проводить за стену. А он мучил ее, твердя, что все это ей во благо. Потому что сам нуждался в ней…

Подняв остывшее тело старика, Анхель неожиданно увидел у того за пазухой маленький комочек, вывалившийся из холодных скрюченных рук, старательно присосавшийся к старой рубашке мертвеца.

— Игорь, малыш… — Анхель бережно взял в руки голодного щенка. — Что? Нет больше твоей мамки… Сейчас найдем тебе молока в холодильнике.

Он поставил чайник и пошарил в закромах, не выпуская еле живого щенка из рук. Похоронив старого хозяина сторожки, озабоченный новой крохотной проблемой, Анхель до вечера провозился с собаками, на ночь укрыв их в одной из пустующих комнат в доме. К заходу солнца, сторожка была пуста, а Анхель, поглаживая словно дитя, маленький сопящий клочок шерсти, стоял у окна, закрытого металлической решеткой. Его мысли были далеко за стеной, где сквозь лес бежала стальная змея железной дороги, унося с собой маленький осколок его черствеющего сердца.

Душа его будто окаменела, приказав себе не чувствовать боль утраты.

Гектор знал, что скрывающий свою природу Анхель, всегда считал себя уродом среди других. Что человек, не допускающий мысли о том, что он достоин быть любимым и желанным, легко поверит в то, что его бросили. Выкинули как прошлый день.

— Знаешь, что отличает мужчину от мальчишки? — Напоследок сказал Гектор Саше, за локоть выводя ее за ворота. — Когда мужчина дает обещание, он его выполняет. — Кольцо не потеряла?