Полное отсутствие нервозности. Он всегда нервничает, когда знает, что сын отреагирует недовольством, либо когда вовсе не представляет его реакции.

Он спокоен. И, похоже, не притворяется.

— Не знаю, — ответил честно, продолжая наблюдать за отцом.

Его уравновешенность куда более непредсказуема, чем фонтан эмоций.

— Ты по-прежнему ее сторонишься?

"Тон заботливого родителя включился. В чем ты решил меня наебать на этот раз?"

— Она меня не интересует, ты это знаешь.

— Мэлл, — вздохнул, словно устал разъяснять прописную истину, — ты слишком категоричен. Эстель прекрасная девушка, вы будете шикарной парой.

Усмехнулся, обнажая зубы.

— Женись сам. Софи будет рада избавиться от твоего члена.

— Следи за языком.

— Эстель прекрасная девушка, вы будете шикарной парой, — повторил своим обычным тоном. — Я вас благословляю.

Маска добродушного спокойствия слетела с лица отца.

Так-то лучше.

— Не неси чушь. Вы поженитесь летом.

"Не гарантирую".

— Ты меня ради этого выдернул с утра?

Пальцы отца забарабанили по столу.

Вот он — момент истины. С него и надо было начинать.

— Сегодня пройдет закрытая встреча глав конвейеров, будут папочки и мамочки. Шанс расширить круг клиентов. Ты должен присутствовать вместе со своей будущей женой.

Словосочетание "будущая жена" никогда еще его так не коробило.

— Почему раньше не предупредил?

На подобные мероприятия приглашают задолго до обозначенной даты. Редкое сборище ублюдков, где каждый меряется, чем может.

— Ты был занят.

В самом деле. Выдернуть из постели проще, чем из клуба.

Оттуда он выйти не мог, пока не убедился, что все в порядке.

Поднялся с дивана. Этот разговор явно себя исчерпал.

— Время?

Отец проследил за его продвижением к двери. Настороженно, будто ожидал непредвиденного выпада.

Хмыкнул про себя.

"Хуево ты меня знаешь".

— Сбор в семь.

— Эстель сообщи сам, — бросил безразлично и покинул кабинет.

Он за ней с приглашениями носиться не станет.

Надо проверить, как идут дела в клубе, и, возможно, удастся поговорить с Джульет. Вопрос "что она успела себе надумать?" прочно засел в голове, и по-другому от него не избавиться.

Джул закончила с завтраком и теперь просто смотрела в окно, догрызая яблоко.

Серое небо повисло над Эксмуром, прижимаясь к земле все ниже. Словно желая раздавить. Смять. Сломать.

В свинцовых тучах сверкали молнии. Пронзали вспышками, рассекали воздух.

Впечатляющая, опасная красота. Отражение ее внутреннего состояния.

— Я проспала.

Мэри рухнула на стул напротив.

— По тебе не скажешь.

Подруга выглядела довольно бодрой.

— Привычка держать лицо, — отмахнулась, откусывая булочку с корицей.

Хорошая привычка. Нужная, когда ложишься неизвестно во сколько, а потом еще и просыпаешься среди ночи. Хотя сама ночь была довольно приятная.

Не считая кошмара.

— Готова к пыткам на Кристаллогии?

Паутинка молний расползлась по темной, практически черной, туче. Ярко. Хлестко.

"Без тьмы не может быть света".

Утренняя философия. Добро пожаловать.

— Джул? У тебя все в порядке? Ты сегодня… не такая.

Не такая?

— А какая я обычно?

В голосе не звучало выпада или недовольства. Спросила из любопытства.

Удивление промелькнуло по лицу Мэри.

— Обычно ты разговариваешь со мной, а не с окном. Нет выражения вселенской задумчивости, и голос не потухший. Что случилось?

Что сказать? Что переспала с Мэллом, а у него, оказывается, есть невеста. За секс ей не стыдно, а за факт измены с ней его хочется убить. И плевать, что именно секса с ним она и добивалась, больше от него ничего и не требовалось. Только теперь отвратительно чувствует себя она, а не он, хотя именноондолжен морально себя уничтожать.

Волна гнева поднялась изнутри. Дыхание участилось.

Хотелось выплеснуть его, но погружать в это кого-то еще не хотелось.

— Небольшое недомогание, — солгала, уходя от ответа.