Тем временем бородач притащил ко мне огромный деревянный чемодан. Или, скорее, это было нечто, лишь напоминающее чемодан снаружи. Изнутри же он был более похож на склеп.

Пространство, выкрашенное в черный и заполненное ячейками, в которые, ровно и очень аккуратно, мы и стали складывать кукол. Одна из них привлекла мое особое внимание. Полностью белая кукла. Волосы, одежда, лицо. Черты ее были искаженными и озлобленными, словно у ведьмы, а глаза — ярко желтыми, и я решила бы, что эта кукла и играет в спектаклях роль злых колдуний, но уже хорошо знала, что ведьм в средневековье всегда изображают лишь в черных одеяниях.

— Кто это? — спросила у бородача.

(Да, вопрос был глуп, ведь я находилась в теле создателя этих кукол, но все же, мне стало жутко интересно).

— Кто это? — рассмеялся бородач, — Фриц! Я тебя не узнаю! Это ведь Сэрра! Твоя любимица!

— Сэрра? А что она означает?

Мой «коллега» бросил полный подозрений взгляд в мою сторону.

— Сэрра — дух зла. Она питается болью и человеческими жертвами.

— Страшно, — пробормотала я.

— Конечно, — подтвердил бородач, — Ведь в Сэрру зачастую превращаются Сэй, что попали в наш мир.

И он посмотрел в мои глаза, очень глубоко и внимательно.

Сказать, что Жак Сим понимал Марту Скрежаль, было трудно. Библиотекарь считал женщину сумасшедшей, сумасбродной, эгоистичной. Но, вместе с тем, Жак понимал, что Марта лишь безумно одинока. Годы, она жила одна, лелея воспоминания о мертвой дочери и — о Великий Вальтер — поддерживая пульс в бездушном теле, оставшемся после Катерины. Жак не мог понять такого. И, между тем, он понимал. Сам библиотекарь никогда не пошел бы на подобный шаг, но у Жака никогда не было ни семьи, ни детей. Лишь книги. Холодные, безучастные книги.

После того, как Марта раскрыла библиотекарю свои тайны, у Жака оставалось лишь два вопроса.

— Знает ли барон обо всем?

Ответ белой ведьмы был отрицательным. Барон не знал, что тело его Катерины вовсе не похоронено на кладбище Сэн-Тубр.

Это делало все проще и сложнее одновременно. На что рассчитывал Герберт? Кого он видел на месте Сэй? Желал ли вернуть свою бывшую любовь, или он действительно проникся к той Катерине, которая сейчас скиталась по Сэн-Тубр?

И была ли Катерина на самом деле той, кого все так хотели в ней видеть?

Жак Сим не знал дочери Марты Скрежаль. Лишь видел ее пару раз в замке, когда та еще была жива. Это была красивая девушка, и Жак помнил, что она часто улыбалась. Да, Катерине, которую знал библиотекарь, было не до улыбок…

Библиотекарь открыл дверь в свою книжную вотчину, и тяжело вздохнул.

Он чувствовал силы Марты Скрежаль, и, если у нее хватило магии вернуть жизнь в тело дочери и держать ее там столько лет, то Марта могла привязать и душу к телу. Но это было невозможно, пока Катерина не исполнит того, ради чего ее призвали в этот мир. И тут тоже, увы, таилась загадка.

Паутина магии, опутывающая замок, была плотна как никогда, и ни Жак, ни даже Марта не знали, кто дергает за какие нити. Оттого и сложно было понять ради чего призвали Катерину. Найти убийцу фрейлин? Остановить грядущую войну? Или же у призывающего были много менее альтруистичные мысли?

Никто не знал.

Однако, было ясно, что Катерина, из-за магии призыва, не сможет удержаться ни в одном теле, пока не исполнит своей миссии.

А сейчас, насколько знал Жак Сим, и барон и Катерина топтались на месте, и война была уже на пороге… Что же делать?

Библиотекарь оглядел своих холодных друзей. Книги, прошедшие с ним вместе столько лет, теперь безучастно стояли на полках.

— Ну, Жак, — сказал сам себе мужчина, — Хватит отсиживаться в своей библиотеке и раздавать заумные советы! Пора брать дело в свои руки!

Из всего, что Катерина рассказывала этому невысокому, тщедушному мужчине, у Жака родились свои догадки. И, кажется, он все же мог немного помочь несчастной Сэй.

второй вопрос, на который Марта так и не дала ответа, все еще мучил библиотекаря. Но вопрос этот относился скорее к самой Марте, и библиотекарь считл полным правом ведьмы не отвечать на него. И все же, как могла эта женщина ухаживать за старым князем, и быть сиделкой у его немощного тела, когда почти все в Сэн-Тубр знали: невесту своего сына Герберта убил именно князь.

Наконец, я попала в тело Служителя Вальтера. Я узнала это по его темно-фиолетовой мантии, по тонким костяшкам пальцев, но ненавистному шороху, который всюду оставляли за собой его шаги. И я давно ждала этого момента. Мне нужно было обшарить вход в каждую башню собора, найти темницы Ларэйн, а потом…После всего, я планировала для тюремщика нечто особенное. Но мне помешали.

Едва я осознала себя, и то, что нахожусь в соборе Великого Вальтера-Дракона, я услышала шаги за своей спиной. Гулкие, раздающиеся по всему зданию своим эхом. Сердце мое замерло. Неужели Герберт вернулся?!