— Да? — скептически отозвался Гор. — А скажи мне тогда, парень, ты готов поспорить, что лорд Кастельяно, эрл Белого кантона, знать не знает никакого Нарума Хали и не ведает, что Сайгон — вполне такой себе современный рынок рабов? Нет, ну лично они конечно не знакомы, хотя опять же, есть вопросы. Так что, ты споришь?

Сандро опустил голову.

— Я тебе больше скажу, для меня не будет сюрпризом, если выяснится, что доля эрла Кастельяно с каждой партии проданных в рабство людей не меньше половины. Так чего же ему не хватает, этому столпу монархии? Что скажешь насчет родовых владений?

Дэн удивленно смотрел на Гора. Что он имеет в виду?

— Ваши эрлы всего лишь наместники. Кантоны закреплены за ними пожизненно, да, но аристократия всегда отличалась тем, что имела родовые земли и владения. А ваши эрлы контролируют, но не владеют. Чем не повод для недовольства? Казалось бы, есть все: титул, деньги, власть, а владений нет. И как жить? Теперь возьмем лордов. Тех, которые не эрлы. У них поводов для недовольства еще больше. Эрлов сравнительно немного, кантоны большие, казалось бы, возьми, подели и всем тогда хватит и титулов, и земель. Пусть и не собственных, но все же заветная приставка перед именем заметно скрасит существование.

— У тебя слишком примитивное представление об аристократах Арагона, — чуть надменно проговорил Сандро. — Такая система складывалась веками. Император тоже не владеет Арагоном, но аристократия на то и аристократия, чтобы ставить интересы империи выше собственных.

— Не буду спорить, это всего лишь предположение, — поднял руки Гор, — я только размышлял о недовольных. Но как теория звучит весьма правдоподобно, согласитесь. И здесь бессильна даже Галактическая Безопасность.

Он уставился в потолок. Воцарилась неловкая тишина.

— Что-то я в толк не возьму, — первым нарушил молчание Дэн, — зачем вообще нужна Галактическая Безопасность, если они сидят и ждут приглашения?

— Галактическая Безопасность не вмешивается во внутренние дела планет, — наставительно проговорил Гор, поменяв на столике положение ног. — Ее задача — порядок в межпланетном пространстве Галактики. Террористы, пираты, кочевники — там этого добра хватает. Если правительство планеты не способно обеспечить порядок у себя в государстве, причем здесь Галактическая Безопасность? Пусть такое правительство идет на покой, и ему на смену приходит следующее. Естественный исторический процесс формирования гражданского общества. На Земле долгое время только так все и происходило, никто не прилетал по первому зову. Это сейчас стоит правительству попросить помощи, на планету на всех парах мчится Межпланетный Миротворческий флот.

— Разве Земле безразлично, что происходит на планетах? — спросил Сандро. — Я всегда считал, что Галактическая Безопасность в первую очередь связана с Землей и контролирует все, что касается политики планет.

— Неправильно считал, — Гор подтянулся на руках и сел ровно, убрав ноги со столика. — Это межпланетная организация, как и миротворцы. Базируется она на Земле, да, но на многих планетах есть ее представительства.

— На Арагоне нет, — покачал головой Сандро. Гор недовольно взглянул на него.

— А потом у вас хватает наглости спрашивать, почему Галактическая Безопасность не спешит делать за вас вашу же работу. Вообще, я бы порадовался за Арагон, — продолжил он, снова откидываясь на спинку дивана, — потеря ренты — наиважнейшего достижения вашей монархии — это самое лучшее, что можно придумать для тех, кто рушит собственную государственность. Но вот беда, главная действующая сила таких вот революций обычно не более десятка процентов жителей. Так называемые пассионарии, вечные антагонисты любой власти, обуреваемые жаждой деятельности, как показывает практика, разрушительной. Созидать не в их вкусе, это скучно и не интересно. И мне всегда жаль остальных, которых большинство. Рядовых законопослушных граждан, ожидающих вполне законной защиты от государства. И не получивших ее. Если бы я писал галактические законы, я бы в обязательном порядке ввел налог на социальную активность.

— Это как? — спросил Сандро.

— А это если твоя социальная активность привела к материальным потерям твоих сограждан. Тогда давай, раскошеливайся и компенсируй их из своего кармана. Будь такой закон, пламенным участникам арагонской Площади пришлось бы скинуться на ренту подданым империи. Глядишь, и желающих побуянить на митингах поубавилось бы.

— Но те, кто стоял на Площади, совсем не для этого туда выходили, — возразил Дэн, — они не знали, что так получится.

— Святые небеса, — снова выпрямился капитан и с интересом уставился на парней, — да никак передо мной площадные адепты!

— Да, мы поддерживали Площадь, — немного с вызовом сказал Сандро, но затем, не выдержав его взгляда, отвел глаза и добавил, — в самом начале.

— Ну и, — капитан завозился, устраиваясь, — расскажите-ка мне о светлых идеалах и чудном духе свободы, витавшем в воздухе над Площадью. Это не вы, случайно, построили Богиню Демократии?

— Богиню Правды, — поправил Сандро. — Нет, не мы. А откуда ты знаешь?

— Неважно. Это было на другой площади. Так что там с духом свободы?

Дэн, вспомнив густой вязкий дым от костров, покраснел.