Я проигрывал при любом раскладе.

Глава 22

Фрэнни

Во вторник я припарковалась на улице в полутора кварталах от «Кофе Дарлинг» и пошла в кофейню с бабочками в животе, мои ботинки хрустели по снегу на тротуаре. Мак написал около получаса назад, что опаздывает, но будет здесь так быстро, как только сможет.

Кофейня закрылась раньше - в 14:00, гласили часы работы на витрине, - поэтому когда я попыталась открыть стеклянную дверь без четверти четыре, она была заперта.

Я заглянула внутрь, мой пульс участился. Помещение было узким и длинным, слева стоял прилавок и несколько стеклянных витрин, а справа вдоль стены стояли столики. Я постучала по стеклу и через несколько секунд увидела женщину, которая вышла из кухни и, как я предполагала, поспешила за стойку к двери. Она отперла ее и толкнула.

– Вы, должно быть, Фрэнни, - сказала она с теплой улыбкой.
– Пожалуйста, входите. На улице холодно.

– Спасибо.

Я вошла в магазин, и она закрыла за мной дверь. У нее были темные волосы средней длины, собранные в хвост, и она была беременна, хотя вид у нее был не такой, как у беременной.

– Добро пожаловать. Она протянула руку.
– Я Натали, и...Она пожала плечами, смеясь.
– Это то самое место.

Я тоже засмеялась, пожав ей руку.

– Я Фрэнни, и мне нравится это место. Я была здесь несколько раз и всегда считала его таким милым.

Натали засияла.

– Спасибо. Это было отличное место для меня. Я открыла его пять лет назад, и клянусь, с каждым годом у нас все больше посетителей, даже в межсезонье.

– Правда? Это удивительно.

Она кивнула.

– Конечно, летом у нас гораздо больше людей из-за туристов, но теперь у нас много постоянных клиентов из местных жителей.

– Хочешь посмотреть кухню? Максима должна скоро прийти, но мы можем пока осмотреться.

– Спасибо. Я попросила друга тоже прийти. Я заправила волосы за уши.
– Надеюсь, ты не против?

– Конечно нет!

– Вообще-то, он тебя знает - вроде как. Он сказал, что ходил в школу с твоей сестрой, Джиллиан?

– Как его зовут?

– Деклан Макаллистер, но все называют его Мак.

– Звучит знакомо.

– Ты могла знать и мою сестру - она закончила школу в том же году. Сильвия Сойер?

Она кивнула.

– Имя определенно звучит знакомо. Мир тесен, не так ли?

Я засмеялась.

– Да.

– Но мне нравятся связи в маленьких городах. Она улыбнулась мне через плечо.
– Следуй за мной.

Она показала мне кухню, которая не была огромной, но была чистой, хорошо организованной и полной блестящего нового оборудования. У меня разбежались глаза, когда я осматривала все: мраморные и деревянные прилавки, подставки для кастрюль и сковородок, миксеры, выстроившиеся как солдаты, массивные нержавеющие приборы. Она не была такой большой, как кухня в гостинице, но лучше подходила для выпечки и казалась более аккуратной.

– Она прекрасна, - сказала я, проведя рукой по прохладному мрамору.

– Спасибо. Позволь мне показать тебе все.

К тому времени, как она закончила показывать мне кухню и крошечный кабинет, пришла Максима. Она задала несколько вопросов, пока Натали заканчивала экскурсию у входа. Мак все еще не приехал, и я снова посмотрела на свой телефон. Несколько минут назад я пропустила его звонок, и он оставил голосовое сообщение. Чувствуя, что было бы невежливо слушать его сейчас, я положила телефон обратно в сумку, понадеялась, что все в порядке, и скрестила пальцы, что он все же сможет приехать. Мне очень хотелось услышать его мнение.

Но он так и не приехал.

Натали налила нам по чашке кофе, она, Максима и я сели за один из столиков вдоль стены. Из своей сумки я достала белую коробку макаронс, которые я испекла вчера вечером - розового цвета с розовым кремом и фиолетового цвета с лавандой.

Натали вздохнула.

– Они прекрасны!

– Посмотрим, что ты скажешь года попробуешь их, - сказала Максима.

– Можно мне?

– Конечно, - сказала я, гордость согревала меня изнутри.
– Я принесла их для тебя.

Она выбрала лавандовый макарон и откусила кусочек.

– Боже мой, - пробормотала она.
– Какой изысканный вкус.

Я улыбнулась.

– Спасибо.

Мы потягивали кофе и закусывали макаронсами, перебирая варианты. Натали сказала, что она продаст здание, если найдет подходящего покупателя, но она эмоционально вложилась в это место и предпочла бы взять партнера.

– Я знаю, это звучит глупо, - сказала она, оглядываясь по сторонам, - но эта кофейня - как часть меня. Я открыла ее, когда мне было всего двадцать три года и я понятия не имела, что делаю. Я обручилась прямо за дверью. В этом магазине у меня больше воспоминаний о семье, друзьях и других людях, чем в моем собственном доме. Я живу здесь дольше. Простите. Она взяла салфетку и промокнула глаза.
– Я всегда сильно эмоциональна, когда беременна.