Шрифт:
Не проходило и дня, чтобы мы могли дышать свободно, ничего не опасаясь и не пытаясь сдерживать себя.
– Как он, брат? – я тяжело привалился к плечу Ника, понимая, что мои силы и уверенность в том, что мы могли ещё все решить сами и привести к благоприятному исходу, просто таяли.
Во мне больше не было силы.
Не было ничего кроме растущей паники.
Прошли уже сутки, а от Софи по-прежнему не было известий.
Мы подключили к поискам нашего верного Гордона и его парней.
Искал девочку и местный начальник отделения полиции, в глазах которого были слезы, когда он узнал о ее пропаже от Кэтрин.
Её искал даже тот жуткий тип Джейсон и наш Дэмиен, который, кажется, единственный сохранял спокойствие и трезвый рассудок, привлекая всех знакомых в полиции, которые были друзьями его отца.
Эта реальность была страшнее самого ужасного кошмарного сна.
Мы не знали, за какую ниточку ухватиться, чтобы хотя бы понять, в какую сторону идти в этом совершенно черном беспроглядном лесу.
– Плохо, Рич….очень плохо, - от тяжелого вздоха Ника у меня сжалось сердце и перехватило дыхание, потому что это блондинистый качок был не из тех парней, которые впадали в депрессию по поводу и без.
Ник всегда шутил, всегда лучился позитивом, даже если был жутко зол, голоден, устал или не спал много дней подряд.
– Температура не спадает, а эти таблетки и снотворное….ты же понимаешь, они просто разрушают сознание Генри, - друг чуть повернул голову ко мне, глядя своими пронзительными голубыми глазами, в которых уже не полыхала его извечная безрассудная радость, - Мы делаем что-то не то. Послушай, я совершенно не помню курс психиатрии, но знаю одно – сами мы не справимся. Посмотри на него, Рич. Крепыш в агонии. Он мечется даже во сне, ему нет покоя от этого искусственно навязанного сна. Сколько ты собираешься держать его в этих тисках?
Я сжал челюсти, чтобы не закричать от безысходности, плотно закрыв глаза и заставляя себя дышать…просто дышать, не сбиваясь с ритма, чтобы мои рыдания оставались глубоко внутри.
– А что мы ему скажем?
– прохрипел я, не открывая глаз, чувствуя, как горячая рука Ника опустилась на мое плечо, - Что мы не усмотрели за его девочкой? Что мы ничего не знаем? Ты видел его, Ник… видел! Ты видел, на что Генри способен в этом состоянии! Мы не сможем его держать привязанным и контролировать каждый шаг.
Если бы только кто-то мог понять мою боль и безысходность!
Лучше бы боль моего брата съедала мою душу!
МОЮ!
Но только не сводила его с ума, заставляя быть зверем во плоти с бешенной силой, которую мы все вместе взятые не смогли обуздать.
– Но и постоянно держать его спящим мы тоже не имеем права, - приглушенно заговорил Ник, когда услышал, как беспокойно зашевелилась на диване моя Кэтрин.
Открыв глаза, я смотрел на неё, чувствуя, что, не смотря на боль и панику, моё желание никуда не уходит.
Я хотел ее даже сейчас!
Даже такую замученную и бледную, свернувшуюся на противоположном диване со все ещё влажными от слез ресницами.
Это желание было совершенно не к месту, но оно жалило меня.
Оно будоражило во мне кровь и бередила душу в самый неподходящий момент.
« - Дыши, Ричард. Нет боли, нет криков и стонов. Ты один. Ты сильный. Открой глаза. Посмотри. Что ты видишь перед собой?
– Озеро…
– Какое оно, Ричард?
– Красное….
– Что в этом озере, Ричард?
– Люди….много людей. Мужчины и женщины….они обнаженные…
– Что они делают, Ричард?
– …они занимаются сексом, утопая в собственной крови…..
– Ты хочешь пойти к ним, Ричард?
– …хочу….
– Посмотри наверх, Ричард. Что ты видишь там?
– Луну…
– С этой минуты смотри только на луну. Луна - твое притяжение. Не смотри вниз. Ты больше никогда не войдешь в это озеро, Ричард. НИКОГДА. Повтори это.
– …никогда….»
– Никогда, - пробормотал я вслух, чувствуя, как Ник нахмурившись, покосился на меня, не замечая того, как я содрогнулся и покрылся мурашками.
Глава 17.
Спустя столько лет….
И это было чертовски опасно, не для меня. Для моей Кэтрин.
Она ещё не вошла в это озеро, но я уже видел ее на берегу.
– Ник, - я тяжело сглотнул, понимая, что должен рассказать ему, что произошло сегодня со мной, чтобы он знал и смог остановить меня, если произойдет худшее, чувствуя, как мои руки вмиг стали холодными и влажными.
Друг смотрел на меня пристально и изучающее, ожидая продолжения, когда мы оба вздрогнули от запищавшего телефона.