— Иди ведьма, недолго осталось тебе ходить по этой земле.

— Как и тебе тюремщик, — засмеялась она.

— Ты мне еще поговори, советница уже подписала указ о твоей казни, так что не отвертишься, — сказал воин, после чего завел девушку в комнату, на сей раз он был с ней более любезный, поэтому неторопливо усадил на стул, а затем приковал ее к столу.

— Что ж начнем, — проговорил инквизитор.

— Давай, на сей раз я не буду покидать вас, чтобы она не напала как в прошлый раз.

— Антонио, слушай мой голос, — завопила ведьма. — Эритор Эдраво.

Услышав эти слова, гвардеец стремительно вынул из ножен меч, но был проворно уделан инквизитором. Антонио ударил его крестом по голове, отчего мужчина потерял сознание.

— У него есть ключи, открой замок.

— А что сама с помощью магии не сможешь снять кандалы? — ухмыльнулся он.

— Если я потрачу свои силы на кандалы, то не смогу сбежать, даже приняв зелье, просто не хватит магической энергии.

Антонио склонился над воином и быстренько пройдясь по его карманам достал оттуда связку ключей. Он торопливо стал пробовать один ключ за другим, пытаясь снять кандалы.

— Давай же, быстрее, — завопила ведьма. Наконец замок был открыт, девушка была освобождена. Она потерла руки, которые затекли от кандалов, после чего проговорила. — Давай зелье, быстро.

Мужчина положил флакон на стол.

— Альмахор Эрвальдо, — прошептала девушка, после чего обратилась к нему.

— Как же все вовремя, я чувствую ее силу, она идет к тебе.

— Кто?

— Скоро узнаешь, — проговорила ведьма, затем стремительно открыла флакон его и выпила содержимое. Девушка вмиг побледнела, и в одночасье превратившись в ворона улетела порхая словно мотылек над столицей. Вскоре она воспарила над флавийским лесом, и отправилась в сторону болот, где поспешно приземлившись вновь обрела человеческий образ. Окружена мрачным лесом, она шла по болотистой месности, в сторону поместья, что виднелось впереди.

— Моя девочка, — послышался голос позади.

— Мама, я снова дома, — ответила Аливор, она обернулась назад и увидела перед собой Милатресс, и тут же стала ее обнимать.

— Пошли в дом, твои сестры заждались тебя, все очень рады твоему возвращению, с тех пор как ты попала в руки инквизиции, я места себе не находила.

— Они меня обижали, но я не выдала вас.

— Теперь все позади, — прижав ее к себе, сказала ведьма. — Пошли домой, я заварю тебе чай из Самерселии, ты успокоишься, тебе станет легче.

Антонио

— Что здесь произошло? — задался вопросом инквизитор, наконец освободившись от контроля со стороны ведьмы. На полу по прежнему бессознательно лежал тюремщик, а ведьма будто растворилась. За дверью послышались стуки каблуков, и звон тяжелых доспехов.

— Где он? — раздался громкий и злостный голос советницы.

Она ворвалась в комнату и стала кричать.

— Значит ты помог сбежать ведьме? Подумать только инквизитор на службе у темных сил.

— Что произошло? Я не понимаю, — проговорил Антонио, он был шокирован от тех событий что происходили вокруг него.

— Тебя видели на рынке сегодня утром, ты имел разговор с ведьмой, а после пленница сбегает, как думаешь, это совпадение? — она злобно взглянула ему в глаза.

— На рынке? Но я не помню, меня будто околдовали, простите меня, я правда не знаю как это произошло, — он был растерян, и не знал что думать. Антонио осматривался по сторонам, пытаясь понять как он попал в такую западню.

— Ты подозреваешься в сговоре с ведьмами, это очень серьезное согрешение, если твоя вина будет доказана, тебя отправят на костер, — ее слова застыли в горле, он с ненавистью взглянул в женщине в глаза, злоба пожирала его изнутри, ему хотелось харкнуть ей в лицо, задушить голыми руками, но он сдержанно ответил.

— Когда-нибудь вас сожгут на костре или повесят на дереве, вы ведьма во плоти, дьявол в юбке, ваши методы ведения дел ужасны, вы пытаете собственных пленных, унижаете их честь и достоинство, неудивительно, что они ищут повод, чтобы сбежать от вас, даже таким путем, скажу даже больше, я рад, что эта девушка сбежала, в отличии от вас, у нее есть сердце.

— С меня довольно, бросьте этого подонка в темницу и держите на воде и хлебе как собаку, — вскричала она, слова Антонио ее сильно задели, на лице виднелась злоба, она нервно и до крови кусала губы. — Ты ответишь за свои слова, — вскричала советница, после чего со слезами на глазах бросилась прочь, громко хлопнув дверь за собой.

Вот так вот за один день из королевских покоев он попал в тюремную камеру.

Проведенные дни казались вечностью. Сырая холодная камера, стала тем место в котором он сумел прочувствовать, то настолько суров этот мир. Антонио неустанно молился и обдумывал свое положение. Мысль о том что его слугу Господа, могут сжечь как дьяволопоклонника, по обвинению в сговоре с ведьмами, застряла у него в горле.