— Эх, я тоже в своем мире любил наблюдать за пьяницами.

— А какой твой мир? — с интересом спросил Хегард.

— Там есть машины, самолеты, компьютеры, такие вещи, за который в этом мире наверное отправили на костер, но все же это достижение науки, а не магии, — с ностальгией проговорил он.

Хегард вслушиваясь в незнакомые ему слова, удивлялся, пытался запомнить их, он сам не понимал для чего, но видимо они понравились ему.

— В моей мире нам бы не пришлось плыть три дня, мы бы добрались до нужного нам места за несколько часов.

— Чудеса какие-то, эх, хотел бы я там побывать, — замечтавшись ответил он.

— Кстати мой отец ведь также здесь, Торен говорил, что он сейчас в Эльсильдоре, как там обстановка?

— Мы вовсю молимся за этим земли, Эльсильдор оплот и щит христианства, после самого Господа разумеется, дела там плохи, войска Энтерии сжигают деревню за деревней, говорят, что со стен Фьордена видна ее армия.

— То есть отец в опасности?

— Навряд-ли, если город попытаются взять штурмом, священнослужителей первыми вывезут в Альнаир. Все мы знаем как Энтерия относится к религии.

— Утешил меня, ладно друг, покажи мне, где моя каюта пойду отдохну.

— Хорошо, отдохни, море, запах рыбы и качка, это все что тебя будет окружать в ближайшие дни, — проговорил Хегард, после чего повел его в каюту. Попрощавшись с инквизитором, Антонио уселся на кровать и стал читать Библию. Три дня корабль дрейфовал по бушующему морю.

Все это время мужчина страдал от скуки, он думал о Квинтисенсе, представлял как снова встретит ее.

Наконец на третий день, с палубы послышался крик: Ура, впереди Меддокс.

Услышав эти слова Антонио стремительно выбежал на палубу.

Холодный морской ветер обдувал его лицо.

Вдали на берегу виднелся город, справа окруженный густым лесом, а слева растелились покрытые снегом горы.

— Вот какая ты Флавия, снова нам пришлось встретиться, — прошептал себе под нос мужчина, смотря на то как корабль входил в порт.

Марбург, — столица Флавийского королевства, одна из самых могучих держав на континенте. На склоне располагается замок, в мрачных казематах которого содержатся ведьмы, и прочие преступники. Говорят по ночам, здесь слышатся голоса, а порой даже крики замученных узников.

Прибыв в столицу Флавии, Антонио, первым делом отправился в королевский зал, из сумки он достал специальную грамоту, которая свидетельствовала о его принадлежности к ордену инквизиторов. Город был очень живой, повсюду гуляли дети, площадь была заполнена торговцами, со всех сторон доносились крики, несмотря на все слухи о королевской тюрьме, здесь была довольно уютно и спокойно, в отличие от мрачного Дентроса, с его вампирами, нетопырями и выродками. По площядам гуляли ухоженные женщины в прекрасных пышных платьях, вероятнее всего жители этого королевства, а именно горожане, были самыми чистыми из всех кого приходилось видеть Дорадосу.

Они предпочитали необычайно красивые прически. Одежда местных была не только чистой, но яркой, украшенной самыми дорогими вещи, которые могли позволить люди того или иного сословия. Мужчины носили величественные плащи, красного, синего, зеленого цвета и украшенные драгоценными камнями персты.

Под огромными высокими потолками, была расстелена длинная дорожка, что вела до самого трона. Зал был пуст, за исключением двух стражников стоящих по обе стороны от престола.

Стены желтого цвета, были украшены головами животных, вокруг которых виднелись драгоценные камни: Рубины, сапфиры порой даже бриллианты.

Он подошел ближе и обратился к одному из воинов.

— Приветствую тебя гвардеец, мне нужен королевский советник.

— Вы кто? — послышался суровый голос из-под забрала.

— Меня зовут Антонио Дорадос, я инквизитор, вот моя грамота, — проговорил он и показал документ.

— Вам направо, по коридору, затем прямо, там увидите большую дверь, постучитесь она откроет.

— Спасибо, да благословит тебя Господь, — сказал он, хлопнув по плечу воина, после чего отправился на поиски советницы короля.

Чем ближе он подходил к дверям тем отчетливее слышался женский стон. Наконец инквизитор достиг покоев, возле которых стоял стражник в сияющем латном доспехе.

— Туда нельзя, советница занята, — воин остановил его рукой, а затем ухмыльнулся.

— И долго она там будет? — с улыбкой на лице спросил он.

— Да без понятия, — пожал плечами стражник. В какой-то момент стон прекратился, и гвардеец ответил. — Кажется все, еще пару минут и полагаю она выйдет.

Антонио сел на лавку, что стояла под стеной и стал ждать.