— И другие, — сказала Ивоннель. — Другие, которые заметили твое появление. Неужели ты не узнаешь меня, Малкантет? Я Ивоннель, которая руководила армией Мензоберранзана, уничтожившей Демогоргона.

Малкантет зашипела и подняла руку с кнутом.

— Я пришла за тобой, пришла, чтобы честно предупредить тебя. — Ивоннель даже не дрогнула.

— Хочешь меня уничтожить?

Ивоннель покачала головой и пожала плечами.

— Ты же знаешь, в какие игры мы все играем, — заметила она. — Мы постоянно находимся в состоянии войны и выбираем более подходящих союзников.

— И ты решила, что стоит воевать против меня? — недоверчиво осведомилась суккуб.

— Неужели ты думаешь, что мне стоит воевать на твоей стороне против него? — усмехнулась Ивоннель, изобразила на лице благоговейный ужас, обернулась и посмотрела в дальний угол. Суккуб, проследив за ее взглядом, заметила в туннеле клубы дыма. И вот из этого дыма появился высокий демоноподобный гуманоид с черной кожей, окруженный языками пламени и сжимающий в руках огромный меч с волнистым клинком.

Малкантет вытаращила глаза.

— Граз’зт, — прошептала она.

Ивоннель улыбнулась. Ханцрины расступились, стараясь держаться подальше от монстров, которые, казалось, готовы были схватиться насмерть.

— Сегодня ты приобрела себе могущественного врага! — предупредила Малкантет Ивоннель. С хищным рычанием суккуб подняла ногу и, обрушив мощный удар на позвоночник Консеттины, размазала ее по камням. — Тебе до самой смерти предстоит опасаться, скрываться и прятаться! — заорала Малкантет, но не хлестнула кнутом Ивоннель и не стала нападать на демона с черной кожей. Она вовсе не желала иметь дело с Граз’зтом.

Малкантет резко обернулась и произнесла заклинание. В пространстве образовалась дыра, похожая на дверь, и, пройдя сквозь эту дверь, королева суккубов скрылась.

Ивоннель поняла, что демоница вернулась в Бездну, и с облегчением выдохнула.

— Исцели ее! — приказала она Чарри Ханцрин, указав на Консеттину.

Жрица, казалось, колебалась.

— Она понадобится нам, тупица! — прикрикнула на нее Ивоннель. — Исцели ее! А ты, ты иди и убери с глаз моих этого безмозглого сприггана, пока я не превратила его в кучку пепла, — велела она Дендериде, и та поспешила прочь, чтобы позаботиться о Комтодди.

Ивоннель потерла лоб и попыталась продумать свой следующий ход. Итак, Дзирт, по словам Малкантет, был мертв, и молодую женщину изумило, какую сильную боль причинило ей это известие.

— Отведи меня к Дзирту, — негромко обратилась она к Чарри Ханцрин, хотя старшая жрица была занята исцелением королевы и не могла ее слышать.

Реджис вздрогнул от страха, когда дверь распахнулась и в пещеру, спотыкаясь, ввалился гоблин. Однако тревога хафлинга была мимолетной: сразу же за тварью появился Энтрери с обнаженным мечом.

Ассасин закрыл дверь, схватил гоблина за загривок и подтащил его к зеркалу, прикрытому плащом. Затем кивнул Реджису.

— Ты уверен? — спросил хафлинг. — Там опасные твари…

— Ты хочешь выбраться отсюда или нет?

Реджис спрятал ониксовую фигурку пантеры, которую держал в руках. Он как раз размышлял о том, что стоит вызвать Гвенвивар, чтобы взглянуть, сумела ли пантера залечить раны, нанесенные адским кнутом, пребывая в своем астральном доме.

— Если путешествие домой помогло Гвен, то, может быть, нам удастся уговорить ее забрать туда Дзирта, — объяснил он.

— Сомневаюсь.

— Мы должны попытаться! — Реджис подошел к демоническому зеркалу и встал позади него, чтобы случайно не бросить туда взгляд.

— Да, мы должны испробовать все возможности, — согласился Энтрери и тоже обошел зеркало, по–прежнему держа острие меча у горла пленника.

— Скажи мне, что ты видишь, — приказал он гоблину, и Реджис сорвал с зеркала плащ.

Гоблин посмотрел на Энтрери, потом на Реджиса, потом взгляд его приковало собственное отражение.

А затем фигура его растянулась, наклонилась к зеркалу, захваченная магией, а зеркало освободило другого «заключенного», и перед очагом материализовалось новое существо.

Ящерица.

Огромная синяя ящерица, длиной больше, чем десять шагов Вульфгара, с дюжиной лап, изогнутыми рогами и головой гигантского крокодила. Тварь зашипела так громко, что по пещере прокатилось эхо. Не глядя в зеркало, она подпрыгнула, вцепилась в сталагмит, служивший очагом, и с поразительной скоростью рванула вверх, цепляясь за вертикальную стенку двенадцатью конечностями; добравшись до верхушки «дымохода», она побежала по потолку.

Реджис и Энтрери, естественно, бросились в стороны.