Видимо, не зря оказался я именно здесь и именно на этом месте.

Глава 9

Стоит отметить оперативность коллег из МУРа, уже к обеду следующего дня Бахматов собрал всё, о чём договаривались, и вместе со свежими материалами заскочил на Петровку.

Ночь на новом месте выдалась на удивление спокойной. Как и предупреждал Штерн, пару раз за стенкой слышалось детское поплакивание, но то ли я настолько устал, то ли привык дрыхнуть в любой обстановке, так что особых неудобств это мне не доставило, спал до самого утра как сурок.

— А где начальство? — покосился на пустующее уже несколько часов место Трепалова, Леонид.

— По делам отъехало. Я за него.

Петроградского коллегу обещали встретить и доставить сюда где-то во второй половине дня чекисты, так что я пока находился в кабинете один, и не сказать, что особо скучал. Недавно привезли результаты вскрытия обоих мертвецов: мужчины и женщины, чьи тела были найдены вчера на набережной. И по мере того, как я погружался в материалы всё глубже, тем сильнее во мне вызревала одна идея, связанная с личностью, а если быть точнее — с профессиональной деятельностью погибшей. Но появление Бахматова заставило вновь вернуться к нашим баранам, вернее, к серийному убийце Комарову.

— Чайком угостишь? — поинтересовался инспектор МУРа. — Я ведь не с пустыми руками: по пути в булочную завернул.

Он показал на небольшой свёрток подмышкой.

— Не смог пройти мимо витрины. Решил: угощу-ка я новых товарищей нашими знаменитыми московскими калачами!

— Это ты вовремя подгадал! Как раз к обеду! — довольно потёр руки я и пошёл набирать чайник, а потом ставить его на спиртовку.

Заварку и сахар мы с Трепаловым купили по дороге.

Угощение прошло на ура. Вместе с ним Бахматов принёс и хорошие новости.

— Пообщались мои ребята с соседями Комарова, как ты и просил, — заметив, что я насторожился, он тут же добавил:

— Да не, ты не переживай, Георгий: сработали аккуратно, ни одна зараза не заподозрит.

Бахматов усмехнулся.

— Хотел было сказать — комар носа не подточит, да уж больно с фамилией подозреваемого пересекается.

— Что удалось накопать?

— В общем, с одной стороны вроде ничего такого примечательного: да, предлагали пару раз соседям какие-то вещички, деньги просили небольшие, но… так полгорода живёт, ничего необычного. Но это только с одной стороны. А вот с другой… В общем, удалось посмотреть на одну из проданных вещиц: клифтик явно не Комаровского размера. Он сам мужичок хоть и крепкий, однако ростом не вышел и по телосложению сухощавый, а в пиджачок, что сторговал, двое таких Комаровых вместится, ещё и для третьего место найдётся. На богатыря сшит. По всем описаниям пиджак похож на одежду, убитого Упаковщиком, барышника Толмачёва — того как раз по великанской комплекции опознать удалось. В общем, есть смысл поплотнее заняться гражданином Комаровым.

Закончив, он с ярко выраженным восхищением посмотрел на меня.

— Ну и чуйка у тебя, товарищ Быстров! Только второй день делом занимаешься, а уже на верного подозреваемого вышел! Завидую, но… белой завистью и от всей широкой души.

— Нечему тут завидовать, — смущённо буркнул я.

Если говорить по чесноку, было от чего смущаться: де-факто я ничего не сделал, лишь присвоил себе чужие лавры. В реальной истории именно эти ребята из московского угро, проделав воистину титаническую работу, отыскали преступника. Правда, им понадобилось несколько лет.

Хорошо искать чёрную кошку в тёмной комнате даже при выключенном свете, если точно знаешь, что она там есть и где именно засела. Так что особого восторга я не ощутил. Когда Дашка играла в компьютерные игры, она называла такие вещи сленговым термином «читерство».

Но я готов и дальше быть этим самым читером, при условии, что спасу хотя бы несколько человеческих жизней.

— Как понимаешь, так просто нагрянуть к нему с обыском нельзя: если ничего не найдём, только спугнём его, и он затаится надолго, а то и навсегда, — заметил я. — И хрен мы его поймаем.

— Другими словами… — Бахматов не договорил, всё и так было понятно.

— Другими словами, действуем стандартно — методом провокации. Подводим к Комарову потенциального клиента, заставляем проявить себя и подсекаем. И да, можешь даже не спорить: живцом буду я, — произнеся этот спич, я вновь ощутил приступ дежавю.

Давно ли приходилось разгуливать в чужих шмотках, чтобы навлечь на себя внимание грабителей — такое чувство, что будто вчера.

Приехал возбуждённый Трепалов.

— Только работать начал и уже первую выволочку получил, — со смехом произнёс он. — Уровень преступности говорят вырос, прохода мирному человеку нет.

— Слушай, Александр Максимыч, — сразу взял быка за рога я, — у нас с товарищем Бахматовым идея возникла, как этот самый уровень преступности слегка понизить…

— Излагай, — кивнул он.

Я сообщил ему свой план. Он внимательно выслушал, не перебивая, лишь в конце рассказа отрицательно помотал головой:

— То есть ты собираешься явиться на Конный рынок под видом покупателя из деревни, который ищет себе лошадёнку?

— Ну да! А что тут такого?

— Ты на себя посмотри! — хмыкнул он.