— Есть найти злодея! — отрапортовал я.

— Ну, а для товарищей Буданова и Бахматова, который теперь уже не просто прикомандирован к нашему отделу, а стал полноправным участником, у меня другое поручение…

Банкета и иных торжественных событий в честь нашего первого крещения, увы, не предполагалось.

Я договорился о встрече с экспертом, производившим вскрытие, оно должно было происходить в морге. Часа полтора в моём распоряжении имелось, поэтому, когда Ваня Буданов предложил сходить всей компанией на обед в столовку, я согласился без колебаний.

Туда мы отправились втроём, Трепалова, как всегда, дёрнули телефонным звонком на очередное суперважное совещание, по итогом которого, наверняка, отдел озадачат очередным срочным поручением — тут к гадалке не ходи.

Конечно, я — не патологоанатом, который одновременно производит вскрытие и жуёт пирожок, но успел за годы службы обзавестись крепким желудком и в компании холодных трупов чувствовал себя достаточно спокойно. Кто-то назовёт это профдеформацией, но иначе, увы, нормально выполнять свою работу не получится. А я любил своё ремесло и не променял бы его ни за какие коврижки.

Тем более, мертвецы — отнюдь не те, кого надо бояться. Гораздо опасней живые, так что ел я с аппетитом, не забивая голову чепухой.

Благо еда оказалась вполне сносной, даже масло, на котором её готовили, было не «машинное». В нашей ментовской столовке из моего прежнего мира, я не раз вставал из-за стола с сильной изжогой и дошёл до того, что стал таскать с собой приготовленные дома завтраки и обеды. Мы разогревали их на купленной вскладчину микроволновке.

Пока я набивал живот, Лёня Бахматов внезапно произнёс:

— Парни, а вы знаете, как нас теперь в МУРе называют?

— Как? — оторвал взгляд от тарелки Иван.

— Три Бэ!

— В смысле? — не понял я.

— Ну: ТРепалов, Быстров, Буданов, Бахматов. По первым буквам Три Бэ.

— Точно! — прикинул я.

Действительно, по какому-то причудливому зигзагу судьбы, фамилии всех трёх оперов назывались на одну букву. Прикольно, но в жизни бывали совпадения и похлеще. Когда я учился в институте, у нас в группе были три Дмитрия Николаевича Смирнова. И, что у ребят, что у преподавателей, по из-за этого был вечный геморрой.

— Ну Три Бэ, так Три Бэ… — протянул я. — Только, надеюсь, народа к нам больше подтянут, а то делами закидали по горло, а кадровый вопрос не закрыли.

Все закивали. Что есть, то есть — наша сверхпопулярность и наши реальные возможности слишком контрастировали. Хотя, что уж греха таить, приятно когда тебя считают спецом экстракласса, способным разрулить любую проблему.

После обеда все разбежались по своим делам, а я, как и планировалось, дунул в судмедэкспертизу, для скорости прокатившись на трамвайчике.

Здесь было холодно и неуютно, хотя помещение, куда меня провели, ничем не выделялось от обычного: тесный кабинет с письменным столом и парой обшарпанных стульев.

Я сразу узнал эксперта, который приезжал тогда к набережной. Он тоже вспомнил меня и склонил голову в знак приветствия.

— Мы с вами договаривались насчёт встречи, — начал я.

— Да-да, вы звонили… Даже не знаю, чем ещё мог бы вам помочь! — развёл руками эксперт.

Вид у него был чрезвычайно усталый. Мне было даже не удобно, что пришлось отрывать от работы столь занятого человека.

— Я всё в отчёте написал, — продолжил он.

— Да, спасибо! Я ваш отчёт читал, разумеется. Там всё очень подробно и в деталях, — заговорил я. — Просто надо уточнить некоторые моменты…

— Хорошо, — обречённо выдохнул он. — Спрашивайте. Чем могу — помогу.

— Вы написала, что убитой была девушка в возрасте восемнадцати-двадцати лет. Она вела регулярную половую жизнь, но никогда прежде не рожала.

— Замужем?

— Кольца найти не удалось, но характерный след на безымянном пальце имеется — на момент убийства она состояла в браке.

— Что-то ещё?

— Про возраст я вам сказал… Довольно стройная, я бы даже сказал — миниатюрная, брюнетка, с длинными волосами.

— Как вам удалось это выяснить, ведь головы не было? — удивился я.

— То, что она брюнетка с длинными волосами? — эксперт фыркнул. — Проще простого: на останках нашли несколько тёмных волосков: многие из них оказались длиннее тридцати сантиметров, а длина одного — пятьдесят три. Кроме того… — эксперт помялся, — удалось найти ещё и рыжий волос, но я склонен считать, что он, скорее всего, принадлежит убийце, поскольку, как я сказал — тёмных волос было много, а рыжий — только один.