Аудроне охнула.

— Никакого принуждения, — прошептал он и закружил языком по розовой ареоле. — И даже если мой тон покажется тебе приказным, — он снова сжал ее грудь в ладонях, — помни, что ты всегда можешь ответить «нет».

— Я хочу, чтобы ты разделся, — произнесла Аудроне на луитанском.

Киаран хмыкнул, отрывая губы от ее груди.

— Ну так раздень меня, — он выпрямился и раскинул руки по сторонам. — Медленно, — добавил хрипло.

Аудроне встала и потянулась к застежке его комбинезона. И тогда Киаран увидел. Увидел, как начинают пылать ее щеки, как красные пятна стыда заполоняют шею и грудь, сливаясь и придавая коже розоватый оттенок. Как приподнимаются тонкие белесые волоски на ее руках, и пальцы, медленно тянущие за ползунок молнии, едва заметно, но все-таки дрожат.

— Медленно не получится, — внезапно произнес он, и Аудроне вздрогнула.

Она вскинула подбородок и с испугом в глазах взглянула на Киарана, будто сделала что-то не так.

— Не сейчас, по крайней мере, — он притянул ее к себе и впился в сладкий рот.

Его рука тут же скользнула между ее ног, пальцы коснулись набухших складок и стали их ласкать, пока не сомкнулись на клиторе. Губы поползли вдоль шеи, осыпая поцелуями. Киаран с жадностью вдохнул аромат ее кожи, пряный, терпкий и дурманящий разум своими возбуждающими нотками. Он был похож на тот, что Киаран ощущал в своем «сновидении», только более острый, насыщенный, более реальный, чем в его воспоминаниях. Другая рука сжала бочок Аудроне. Как же сильно его это заводило! Ему бы раздеться, заново изучить каждый сантиметр на ее теле, довести до оргазма сначала пальцами, а может, и губами…

«Нет», — прошептал внутренний голос.

Аудроне успела расстегнуть ширинку на комбинезоне и коснуться его внизу. Киаран едва на застонал от этого.

«А как же обстоятельная прелюдия?» — спросил внутренний голос.

«В следующий раз», — ответил сам себе Киаран, и повалил Аудроне на кровать.

Одно плавное движение, и он заполнил ее. Она едва слышно охнула. Раз, другой, пока эти оханья не превратились в тихие стоны и не стали созвучны с ритмом его движений в ней. От этой гармонии Кириану тоже голову сносило. Он резко отстранился и перевернул Аудроне на живот. Она податливо выставила попку и прогнулась в пояснице, словно кошка. Киаран обхватил ее и прижал пальцы спереди, чтобы ласкать налившийся возбуждением клитор. А потом снова вошел. Ее стоны стали громче, а его движения в ней интенсивнее. Она прижалась лбом к матрацу, выдавая полный спектр гортанных звуков. Казалось, вот-вот и она кончит.

Киаран опустил руку ей на плечо и потянул к себе, призывая разогнуться. И Аудроне медленно выпрямилась. Сжала его внутри так сильно, что едва больно не стало. Она повернула голову с распахнутыми губами, а он впился в эти губы и этот рот. Рука оставила клитор в покое и поползла вдоль живота к груди. Пальцы приласкали напряженные соски и сжали грудь, которая едва ли уместилась в его широкой ладони. Аудроне начала стонать ему губы, не способная больше отвечать на поцелуй. Киаран прижался носом к ее шее и стал ласкать кожу языком, пока не услышал заветное протяжное «Киар-р-р-ран». Она сокращаясь внутри, пока он продолжал. Пара активных движений, и его самого накрыло бетонной плитой оргазма, сотрясшей тело и выбившей из груди нехарактерный для него громкий стон.

С минуту длилась передышка. Киаран покинул тело Аудроне и задумался: ему сейчас вести ее в душ или…

— Раздевайся, — подсказала Аудроне, как будто прочла его мысли.

Она встала на колени и повернулась к нему лицом. Киаран внимательно смотрел на нее. На ее припухшие губы, заострившиеся скулы, синяки под раскрасневшимися глазами и маленькую ленту лейкопластыря на лбу, которую она почему-то еще не сняла. Он опустил взгляд ниже. Рука сама собой потянулась, и пальцы коснулись ключицы. Теперь они немного выпирали. Киаран погладил кожу и сжал пальцы на ее «костлявом» плече.

— Ты похудела, — сделал вывод он, изучая выступающие части ее армированного скелета. — Всего сутки прошли, а у тебя уже кости видны! — произнес возмущенно.

— То есть раздеваться ты не будешь, — сделала вывод она и хотела встать с кровати, но Киаран не позволил, резко прижав ее к себе.

— Я вообще-то беспокоюсь, если ты еще не поняла, — прошептал ей на ухо.

— Три минуты назад тебе было наплевать на мою массу.

— Это было три минуты назад.

Губы коснулись губ, пальцы заплутали в ее волосах, массируя затылок. Закрыл ли он вопрос этим жестом? Нет, конечно. Но судя по тому, как сильно она льнула своим обнаженным телом к нему, отсрочку явно заработал. Захотелось поскорей раздеться, побыстрей почувствовать прикосновение теплой кожи и маленьких твердых сосков к его груди. Обласкать ее колени, бедра, сжать пальцы на ягодицах. Проверить гладкость кожи на руках, поцеловать ямочки под ключицами. Захотелось усадить ее на себя, чтобы гладить восхитительную грудь, пока Аудроне будет стонать в ответ на каждое порывистое движение под собой. Ведь ему нужно больше, гораздо больше этих звуков с протяжными гласными и гортанными «р-р-р». Потому что в моменты, когда она их произносит, он чувствует себя… …кем-то бОльшим, чем обычный половой партнер.

Не прерывая поцелуя, Киаран начал быстро раздеваться сам.

— Как твоя голова? — Аудроне лежала с Киараном в обнимку на кровати и перебирала пальцами его темные волосы, отливающие серебром.

— Не болит, — он сдержал улыбку.

— Я рада, — она легонько прикусила его губу.

Он тут же ответил, утащив ее губу себе в рот.

— Агрессор. — Она погладила его по щекам, на которых успела появиться щетина.

— Тебе же это нравится, — прошептал он.

— Есть такое, — честно ответила она.

— Ты не голодна?

— Ужин час назад закончился, — начала посмеиваться Аудроне.

— Давай совершим налет на столовую и украдем две порции протеина из автомата.

— Налет будет вооруженным? — поддерживала шутливый диалог Аудроне.

— Конечно! С вилками и ножами нападем на автомат. Он точно сдастся и выплюнет две порции этого… — Киаран засмеялся, — отвратительного дерьма!

— А кофе будем вымогать?

— Безусловно! — подтвердил он. — Какой ужин без кофе на ночь!