Шрифт:
– Так чем же я заслужила честь быть полноправной леди Северных пределов? – отвлекая Нейта от бумаг, спросила я, даже не будучи уверенной, хочу ли вообще знать ответ на этот вопрос.
Муж оторвался от явно не очень радующей его работы и поднял взгляд на меня.
– Хочу слышать твои предположения, – чуть прищурился он, наблюдая за мной.
– Это какая-то игра?
– Нет! Мне просто нравится ход твоих мыслей. Ты иногда строишь такие предположения, до которых я бы не додумался. Более… коварные, что ли.
– Сейчас я должна оскорбиться, – наигранно-капризно поджав губы, парировала я.
– Наоборот. Это похвала, дорогая супруга.
Вот как? Хорошо! Как прикажете, милорд.
– Хотелось бы думать, что тебя впечатлило, сколько всего было сделано в замке, – отставив чашку с горячим чаем, чтобы не расплескать его от волнения, заговорила я. – Но не маленькая, прекрасно понимаю, что это был скорее всего стратегический ход. Скоро в Северный предел явится его величество. Будет странно, если на мне не будет красоваться пояс хозяйки, а слуги по-прежнему будут смотреть на меня исподлобья. Так?
– Я мог бы просто надеть его на тебя перед приездом короля, – сделав неопределенный знак рукой, заметил Амора.
– Мы уже решили считать, что помимо моих, у короля есть еще уши в этих стенах. И велика вероятность, что не успеет он и порог переступить, как уже будет знать все, что творилось в этих стенах со дня моего приезда. А может, и того больше. А значит, лучше себя обезопасить, чтобы не вызвать недовольства у его величества. Я права?!
Мне, конечно, хотелось услышать, что мои заключения – ошибка. Но разум слишком уж прагматично мыслил. Слишком… коварно.
Нейт поднялся с места, обогнул стол и присел на край стола прямо передо мной. Так близко, так дразняще. И снова мысли разбежались, как я ни старалась их собрать воедино. Одним своим присутствием Амора заставлял меня теряться. И чем дальше, тем больше.
– Права, – кивнул муж, нагнувшись и поддев пальцем мой подбородок. Так привычно и волнующе, что я затаила дыхание. – И не права. Это всего лишь красивый кусок металла. Если бы я пытался убедить короля, то не стал бы собирать всех, представляя тебя как мою супругу и хозяйку Северного предела с правами, равными моим.
– Тогда я ничего не понимаю.
Губы прошептали это сами, буквально занемев в ожидании ласки.
– Ты раскрыла мне свои тайны. Показала, что душой приняла Северный предел. Назвала его домом. Выбрала его, а не короля.
– Ты ошибся, Амора, – с горечью в голосе обронила я. – Я выбрала не Северный предел. Я выбрала тебя.
Воздух зазвенел от напряжения. На короткое мгновение я даже пожалела о сказанном. Но… я и так не все о себе рассказала и свою главную тайну вряд ли решусь открыть ему. Не хотелось бы, чтобы он заблуждался еще и в этом.
– Ох, Ребекка, – низкий хриплый голос запросто забрался прямо под кожу, разнося по телу сотни мурашек.
И тут же мои губы накрыл такой долгожданный поцелуй. Закружил, разметав все мысли и оставив только упоение, ликующее счастье.
Одним ловким движением муж поднял меня из кресла, усадив на то место, где мгновение тому сидел сам, так и не разорвав поцелуй, а нависнув надо мной всем телом. Нейт исследовал меня, лаская через одежду, вырывая стоны и выпивая их поцелуями. И я не то пыталась отвечать ему такой же, но куда менее умелой лаской, не то хваталась за него, чтобы не утонуть в вихре лишающих ума ощущений. Особенно, когда подол сарафана начал стремительно подниматься вверх, оголяя ноги, а шершавая ладонь заскользила по обнаженной коже от щиколотки до колена и дальше...
Стук в дверь – и взволнованный голос Хильды заставил нас разорвать поцелуй. Видят боги, я сейчас ненавидела эту женщину, и, кажется, с супругом мы были в этот момент как никогда единодушны.
– Что случилось? – рявкнул Амора, даже не пытаясь скрыть бьющее через край недовольство.
Хильда не решилась открыть дверь, отвечая громко и с безопасного расстояния.
– Письмо для миледи. От ее сестры. Гонец утверждает, что это важно.
У меня сердце оборвалось. Что-то случилось в Ньеркеле. С сестрами…
– Пр-роклятье! – процедила я сквозь зубы, отбросив исписанный мелким почерком сестры лист на стол, и отвернулась к окну, пряча свои истинные эмоции.
Если что-то меня и могло вывести из себя, то это были, несомненно, новости из дома. И как я сейчас ни пыталась успокоиться, а раздражение накатывало и захлестывало, прорываясь сквозь стены выдержки и самообладания. А с ними и магия. «Магия и чувства тесно переплетены. И если ты хочешь контролировать силу, для начала научись держать себя в руках», – эти слова матери я пронесла как заповедь через всю свою жизнь. Но бывали моменты, когда плотину все же прорывало. И это был один из таких моментов. Когда чувство ответственности боролось в неравной схватке с совестью.