Шрифт:
Глаза Джад были залеплены чёрной смолой, а изо рта торчал кляп. Внизу, у её ног, валялись несколько пустых глиняных бутылок.
Галей проследил за моим взглядом.
— Пришлось её напоить, иначе бы не удержал эту тварь даже в цепях.
— И сильно она пьяная?
— Очень. Почти в бессознательном состоянии, — мрачно ответил учитель. — Но даже такая она опасна. А теперь давай-ка приступим…
Эпизод 21
Допрос начался.
Жёсткий, совсем не джентльменский допрос.
Галей подошёл к Джад, распятой на цепях по стене, и наотмашь ударил её по лицу. На его костяшках блеснули соляные знаки, усиливающие удар (надо тоже такие себе сделать, только нужен Мастер Материй).
— Эй! Джад! Очнись! К тебе гости!
Женщина еле повела головой, но тут же почувствовала на шее стальной обод и замерла.
— Поговорим, — Галей вытянул из её рта кляп, причём сделал это так быстро, будто опасался, что она отгрызёт ему руку.
Джад лизнула распухшие окровавленные губы, затем принюхалась и мучительно выдохнула:
— Мальчики пожаловали…
Она ещё раз выдохнула, хрипло кашлянула и добавила, еле ворочая языком:
— Только мужчины бьют женщин так невыносимо мерзко… наотмашь… будто жалеют и ненавидят одновременно…
Её глаза были залеплены чёрной смолой, но Галей постоянно добавлял ещё смолы из ведра, что стояло в углу, потому что клейкая субстанция быстро нагревалась и раскалялась докрасна, готовая потрескаться и взорваться от света фагнума, который Джад пропускала даже через закрытые веки.
Сейчас она напоминала ведьму, пойманную в ловушку священниками: распущенные тёмные волосы растрёпаны и запачканы в пыли и крови, на щеках — потемневшие вены, кожа отдаёт синевой, как у мертвеца.
От неё пахло гарью, пеплом и кислым вином. Она водила головой то вправо, то влево, постоянно принюхивалась и улыбалась.
Наконец она снова замерла.
— Ну что, Сановный Наставник? Когда начнём пытки?
Учитель посмотрел на меня и глазами дал понять, чтобы я приготовился задавать вопросы.
— Давай так, Джад, — вслух сказал он, — ты отвечаешь на все вопросы и остаёшься в живых.
Она расхохоталась.
Её большой рот растянулся в оскале.
— А врать ты не умеешь, Галей! Как ты поживаешь, кстати? Говорят, совсем опустился, несчастный калека, никому не нужный, отвергнутый и гонимый… все забыли твои заслуги, и жизнь прожита зря… старый, никчёмный, одинокий инвалид…
Учитель размахнулся и ударил Джад наотмашь ещё раз, только намного сильнее.
Голова женщины дёрнулась в сторону, по губам и из носа засочилась кровь.
— Я не веду с тобой светские беседы, красноглазая сука, — процедил Галей, после чего ткнул меня кулаком в плечо: — Спрашивай. Она готова.
Мои глаза невольно всмотрелись, как капли крови текут по подбородку женщины и тягуче сползают по её грязной шее за стальной обод.
— Зачем вы похищаете Иномирцев в Караванном портале? — я решил начать с главного.
Она резко повернула голову, прислушиваясь к моему голосу, и прошептала:
— А вот и ты, мелкий ублюдок с пушкой. И что? Ты надеешься что-то от меня узнать? Глупенький какой… Галей, скажи ему, пусть удавится в углу и не тратит моё время. Его у меня и так немного осталось.
Я подошёл ближе и встал точно напротив распятой женщины.
От запаха гари засвербило в носу.
Галей внимательно наблюдал за каждым моим движением, будто хотел увидеть, до какой степени я перегну палку в допросе. Если честно, хотелось перегнуть прямо сейчас и очень сильно, ведь именно Джад стала для меня той, кого я винил в смерти своего отца. Не знаю почему.
Это происходило почти неосознанно.
Мне просто нужен был хоть кто-то, кого бы я мог обвинить, кроме себя.
И этим кем-то стала Джад.
— Ну и чего ты замолчал? — спросила она, тоже ожидая от меня действий.
Она чувствовала, что я приблизился к ней почти вплотную. Уверен, Джад ощущала даже моё дыхание на своём лице.
— Размышляю, что делать с твоими детьми, — негромко сказал я.
Это был блеф, конечно.
Я ткнул пальцем в небо, посчитав, что если у Джад был муж, значит, должны быть и дети. И, скорее всего, они были обычными варварами, не познавшими фагнума, уродующего людей — никакая мать не хотела бы такой участи своим детям.