Он до сих пор придерживал меня, навалив себе на плечо, и продолжал вести к верхолёту, а я всё сильнее хромал на правую ногу — наступить на неё было уже невозможно.

Колено распухло, из-за адской боли внутри всё содрогалось, пот лился градом, и, казалось, сознание держится во мне на волоске.

— Но ваш телохранитель ранен, ему нужна срочная помощь, — ответила Акула тоном, не терпящим возражений.

Девушка снова оглядела меня яркими зелёными глазами, и от её взгляда по коже пробежали мурашки. Она будто уже вгрызалась в меня зубами, отрывала кусок мяса и смаковала его, катая во рту.

Маямото её настойчивость не понравилась, но он всё же сумел улыбнуться.

— Акулина, душа моя. Сказал же, просто доставь нас к моим людям.

Улыбка исчезла с его грязного лица, и он добавил жёстким голосом:

— И не смотри так на моего телохранителя. Он тебе не по зубам. Поверь, у него свои зубы имеются. Ты таких ещё не видела.

Девушка склонила голову набок и неожиданно улыбнулась торговцу, мягко-мягко и очень мило.

— Как скажете, господин Маямото. Передам отцу, что вы не доверяете его людям, а также людям из Императорского Дома, поэтому отказались от предложенной помощи даже в ущерб собственному здоровью.

Маямото сжал и разжал кулак.

— Знаете, Акулина, с такой хваткой можно и зубки поломать. Имейте в виду.

Та улыбнулась ещё милее и перегородила нам путь к верхолёту, ненавязчиво намекая, что от ответа Маямото будет зависеть, сядет ли он вообще в эту машину или нет.

— Так что передать моему отцу?

Торговец скрипнул зубами, но ответил спокойно и почти вежливо:

— Ответь, дорогая, что Рио Маямото благодарит господина Снегова за оказанную поддержку. Мы, конечно же, ею воспользуемся.

Акула перестала улыбаться так резко, будто вообще не умела этого делать.

Затем кивнула своим людям.

— Забирайте.

Она будто о пленных говорила, а не о партнёрах по операции. Меня тут же подхватили двое её помощников и быстро втолкали в салон верхолёта. Маямото сел со мной рядом и напряжённо выдохнул.

Акула оставила на берегу троих человек, а с двумя уселась обратно в верхолёт, выбрав кресло напротив меня. От этого Маямото напрягся ещё сильнее.

— Она тебя захотела, будь готов, — почти беззвучно произнёс он.

Лично мне сейчас было наплевать, чего она хочет.

Я вытянул раненую ногу и откинулся на кресле, положив затылок на подголовник и стараясь не потерять сознание. Кроме боли в ноге у меня имелась и другая проблема — внутри всё ещё тлел огонь фагнума, который мог потушить только Целитель. И плевать, чей это будет Целитель, да хоть самого императора.

— А ваш телохранитель… — услышал я голос Акулы сквозь шум в ушах, — откуда он?

— Вам какая разница, дорогая? Это же не ваш телохранитель, а мой, — ответил ей Маямото. — И если я говорю «мой», то это значит, что Военный Дом Снегова может даже не пытаться переманить его к себе.

— Мы просто оказываем вам помощь. Никаких других целей мы не преследуем. А как, кстати, его зовут? Вашего телохранителя. Из какого он рода? Он ведь у вас всего лишь служит, но вашей семье не принадлежит. Вот если бы вы женили его на своей внучке, тогда другое дело. А сейчас вы вряд ли можете быть уверенным, что он останется «вашим»…

На этом моё сознание начало гаснуть.

Последнее, что я почувствовал — как мой затылок соскальзывает с подголовника кресла, и я валюсь прямо на плечо Маямото.

Сознание вернулось ко мне уже в другом месте.

Жар фагнума внутри погас, да и боль в колене прошла, но пошевелить правой ногой я всё же не смог.

— Скажите госпоже, что телохранитель очнулся, — произнесли женским голосом совсем рядом, как только я открыл глаза.

Послышались торопливые шаги и шорох сдвигаемой двери, а потом надо мной склонилась женщина лет сорока, худая, со строгим лицом. Её я видел впервые.

— Меня зовут Елена, — сообщила она. — Я Божественный Врач ранга Трёх Богов и личный Целитель Акулины Андреевны. Она очень беспокоилась о вашем самочувствии.

Я приподнял голову и огляделся.

Роскошная комната, витражи с мозаикой, красные портьеры, золочёная мебель. Я лежал на широченной кровати под палантином.

Елена положила руку мне на лоб.

— Вы почти в порядке. Пусть Целитель, у которого вы будете наблюдаться дальше, обязательно проверит, как срослась трещина на вашем колене. Сейчас нога обездвижена, но это ненадолго. Происходит процедура сращивания. Совсем скоро вы сможете ходить, но постарайтесь быть аккуратнее, если ноги вам ещё нужны.