– Нет, ничего такого не заметила. Да я и не отходила далеко от балкона, - соврала я. — Изабелла, а почему я тебя не встретила тогда на балу?

Сестра просияла, но, похоже, моему ответу поверили не все:

— Супруг ждал важное письмо, даже хотел не ехать, предполагая, что его должны привезти именно в тот вечер. Но я настояла, чтобы он ехал на прием, а сама согласилась остаться дома.

– Ты просто ангел во плоти. Сама даешь зеленый свет для измены.

Сестра нахмурилась, нервно дернув ногой.

– На балу присутствовало много влиятельных людей, с которыми он давно мечтал познакомиться. Я не могла видеть, как он разрывается между двумя желаниями.

– Не зря хоть заперла себя в четырех стенах?

– Я ни о чем не жалею. Тем более дома накопились неотложные дела.

Ландыш рассмеялась, поражаясь наивности бывшей подруги, закрыв пухленькими ручками лицо.

Да как ему удается скрывать свою сущность? Одного актерского мастерства явно недостаточно, должно быть что-то еще. И от возникших мыслей мне стало дурно. Вдруг они вообще не люди, тогда кто знает, какими скрытыми способностями обладают.

Раздался голос матери, просивший, чтобы «Ландыш» спустилась вниз. Мы остались вдвоем.

— У тебя, что из-за любви к этому чудовищу здравомыслие отключилось? — не удержала я вырвавшиеся сами собой слова.

— Прекрати! И ты туда же! — Изабелла нервно усмехнулась. — Я не желаю это слушать. Мы с ним составляем единое целое. Точка, — с этими словами она подскочила с дивана и, звонко стуча каблучками, вышла из комнаты.

Чего так нервничать? Я всего лишь хочу помочь и снова натыкаюсь на запертую дверь, притом не замечая этого, продолжаю в нее стучать, сдирая кожу.

— Как будто ей промыли мозги. Неужели он и это умеет делать?
– озадаченно взъерошила волосы, испортив несложную прическу.

За окном лил дождь. Погода так себе, тем более для поездки к не полюбившейся с первого взгляда тетке. Я сидела на кровати, в последний раз оглядывая свою комнату. На коленях лежала самодельная тетрадь с нарисованной мною на обложке галактикой Андромеда: нежные сиренево-розовые цвета с ярким центром и множество небольших мерцающих точек на почти черном фоне. Я как-то увидела изображение этой галактики и сразу влюбилась в него: дома, в моем времени, у меня тоже есть несколько подобных зарисовок. О ней я помню немного, только что в состав Галактики Андромеды входит около триллиона звёзд и на ночном небе ее можно увидеть невооружённым глазом. Крайне скудная информация, я все откладывала более подробное изучение, а сейчас и не знаю, удастся ли прочитать.

Я открыла тетрадь и сделала очередную запись:

«Подходят к концу дни пребывания в этом городе, прощайте, балы и развеивающие грусть беседы с сестрами. В принципе, время, проведенное в этой семье, действительно прошло неплохо. Хозяйка занятого мной места так и не объявилась, поэтому сейчас я вынуждена отправиться вместо нее в деревню за много миль отсюда. Конечно, опасения чересчур наблюдательного Эдгара вполне понятны. И так я не совсем «вменяема», так еще родители увидели, как я общаюсь с Алексом. Было крайне глупо так попасться. Ну и скандал был. По их словам, я не имею права разговаривать с незнакомыми мужчинами, находясь с ними нанаедине. Мне что, бежать от них, если заговорят? А благодаря своим безнадежным поискам попалась, оказавшись в еще более осложненное положение и под неусыпный надзор. За мной, словно тень, всюду следовала прислуга в эти дни.

Ну вот и все. Уже зовут вниз, экипаж готов, и пора в путь».

Временами более-менее хорошая дорога переходила в звенящую тряску, меня подкидывало на жестком сиденье, швыряло из стороны в сторону, и в конце дня единственным желанием было, чтобы поездка скорее подошла к завершению.

Я старалась перенести свое нездоровое состояние на чужие плечи и злилась на Эдгара, специально заказавшего мне неудобный для долгих переездов транспорт. «В наказание», так он заявил мне, захлопывая дверцу.

В первый день пути я только пару раз выглянула за трепыхающуюся на ветру шторку. За ней тянулись бесконечные поля, позже сменившиеся редкими деревьями вдоль дороги. Мы объезжали ближайший город по самой его окраине. Я была раздражена до предела такой несправедливостью, а ведь мечтала увидеть его вблизи, рассмотреть подробнее, не исключая возможный побег, если не удастся ничего решить со свадьбой.

Дорога заняла целые сутки.

Сопровождающие меня кучер и мужчина, ехавший верхом, оплатили ночлег в недорогом постоялом дворе на окраине. Маленькая неухоженная комната вмещала непрезентабельного вида кровать и шкаф. Брезгливо осмотрела ее, но за неимением иных вариантов пришлось располагаться на этом недоразумении с серым бельем.

Следующий день прошел как в тумане. Разбитая из-за вчерашней ухабистой дороги, не выспавшаяся и без всякого настроения, не сдержавшись, рявкнула на так не вовремя подвернувшегося слугу. После чего несколько часов стыдливо не показывалась из своего убогого транспорта.

К обеду невыносимо разболелась голова: не выдержав, я высунулась наружу, собираясь требовать немедленной остановки.

— Мы скоро прибудем, — не дожидаясь, пока я открою рот, пояснил слуга и, указав вперед рукой, добавил: — за этим холмом начинаются первые дома.