— Если она опорочит репутацию своими выходками, то жених может отказаться от свадьбы, — невольно возникла коварная мысль так и сделать, но услышанные далее слова пошатнули эту уверенность. — Это будет позор, и прежде всего для семьи. Подумай о других дочерях, или тебе плевать на них? С такой-то репутацией Диану точно никто не возьмет замуж, и она останется старой девой.

После этой реплики наступила непродолжительная тишина. Наконец Минора громко всхлипнула, от бессилия раскидав уцелевшую посуду.

— Пусть приберут здесь, и жду тебя в спальне через два часа, — голос становился ближе, Эдгар направился к выходу.

Осознав себя в западне, бросила панический взгляд на зашторенное окно и чуть не рассмеялась от нелепой идеи. Едва успев спрятаться за шторой, притаилась, перестав даже дышать, штора выпирала непростительно сильно, стоило только бросить взгляд на окно, сразу заподозришь неладное.

Эдгар от распирающей его злости даже не обратил внимания на такую мелочь и, не глядя по сторонам, вышел на улицу, крикнув, чтоб немедленно собрали экипаж.

Я отряхнула запачканные в пыли штаны и, вернув на плечо сползшую кофту, вновь погрузилась в увлекательный сюжет книги.

— Тебе помочь разобраться с воспоминаниями? — прозвучало у самого уха.

Я тут же вскинула голову, выронив из рук книгу. Кругом было полно народу, что неудивительно. К вечеру в парк всегда стекалось много отдыхающих: детей, женщин с колясками, влюбленных пар. Все весело разговаривают, смеются, шутят.

Поблизости я не заметила никого, кто бы мог произнести эти слова. Да и сам голос словно эхом разносился в голове и, будто отдаляясь, повторялся все тише и тише, неожиданно затихнув.

«Я схожу с ума, снова галлюцинации».

— Хватит заниматься самолечением, обратись, наконец, к специалисту, а то ты лечишься от простуды, а у тебя, может быть, что-нибудь посерьезней, раз так долго не проходит, — наставляла пожилая дама свою молодую спутницу. — А вдруг твое лечение сделает тебе не лучше, а только хуже, я тебе посоветую одного специалиста… — конец разговора услышать не удалось, так как прохожие ушли вглубь парка и их речь затерялась в общем гуле.

С грустью отметила, что теплые летние вечера остались в прошлом, и, застегнув кофточку на все пуговицы, убрала книгу в сумку, поспешив оставить скамейку. После услышанных галлюцинаций задерживаться на уютной скамеечке не хотелось.

Направляясь к выходу из парка, мыслями я снова пришла к подслушанному крайне неприятному разговору. Вчера я вернулась домой намного раньше запланированного, дверь оказалась открыта, лишив меня возможности наделать лишнего шума. Мачеха беседовала по громкой связи с доктором Марком. Содержание их разговора сводилось к следующему:

— Ты должна ее уговорить прийти еще раз. Ее случай совершенно неясен и необычен.

— Можно поинтересоваться чем? Я читала, что люди и раньше путешествовали…

— Лучше молчи, курица, о своих журналах, газетенках и видео, — заметила, как она дернулась, но больше не решилась возражать. — Ты же сама слышала, этот Альенде вампир.

— Кроме интереса к книгам, доставшегося ей от матери, у нее хорошее воображение… — Сильвия пожала плечами, хотя телефон и не мог передать ее жеста.

— Воображение? — вновь прервали ее, передразнив. — Еще одно подобное высказывание, и я решу, что ты под дурью. Ты знаешь, у меня есть связи, и твое хорошее настроение может прерваться в любой момент. Советую слушать меня внимательно и кивать, словно преданная собачонка.

Он засмеялся своему удачному сравнению. Я постаралась подавить неприятные мурашки, начинающие разбегаться по моему телу от услышанного.

— Существует два объяснения: первое — что все сказанное ей является правдой. Второе — что все это лишь выдумки девчонки. Но я не встречал на своей практике ни одного человека, который смог бы настолько управлять своими мыслями, находясь под гипнозом. — Сильвия хотела что-то возразить, но доктор не дал ей вставить и слова, повысив голос. — Управлять гипнозом ей не под силу, хоть она и пытается сопротивляться. А ведь если все подтвердится, это сенсация! Ты представляешь, что это значит? Я могу узнать то, что люди пытались познать на протяжении не одной тысячи лет. Истории про вампиров стары как мир.

— Что ты хочешь этим сказать? Мне вампиры совершенно не интересны.

— Необходимо подумать, — гнетущее чувство, притаившееся где-то внутри, усиливалось. — Серьезно подумать, что делать дальше. Если честно, я такого не ожидал, клянусь, что никто не ожидал! Ведь бессмертие, вечная жизнь реальны, это не плод больного воображения.

— А если она не захочет?

— Нет. Такого не должно быть, ее необходимо уговорить любым способом. В крайнем случае сделаешь так, как договорились ранее, положим в больницу якобы на обследование. Нужно продолжать наблюдения! Ты даже не представляешь, сколько денег будет стоить открытие подобного рода, — я почти ощутила его хищную улыбку. — И помни, ты у меня на крючке.