Я ахнула и вздрогнула, наблюдая, как он делает это, и испытывая сочувственную боль, даже если не считать волн агонии из света Касс.

Казалось, это длилось вечно.

В итоге все мы, кроме Фиграна, молча собрались возле неё, пригвождая разные части её тела к дну лодки, пока она извивалась и кричала, пытаясь вырваться. Даже Балидор перестал фокусироваться на Ревике. Пока Ревик работал, Балидор полностью сосредоточился на Касс и бормотал что-то то ли ей, то ли богам. По его щекам катились слёзы.

Он всё ещё сидел верхом на ней, удерживая одну её руку и плечо, пока Стэнли прижимал другую её руку и плечо к органическому коврику в шлюпке.

Молчание затянулось.

Я стиснула зубы, наблюдая, как Ревик двигает крошечную штучку…

И внезапно всё закончилось.

Я почувствовала, как этот объект покинул её мозг.

Затем Касс закашлялась, выгибаясь на дне лодки и хватая ртом воздух. Мы все слезли с неё, давая ей свободу — даже Балидор, хотя лидер Адипана оставался рядом, наблюдая за ней и держа руку на её спине, пока её тело содрогалось в приступах кашля.

Через несколько секунд маленькая тёмно-зелёная бусинка выпала на её ладонь, покрытая кровью. Я поморщилась, отвернувшись, а Касс зажала свой рот, и всё её тело содрогнулось, словно она подавляла рвотный позыв.

Прежде чем кто-то успел заговорить, она швырнула эту штуку в озеро.

Затем Балидор обхватил её обеими руками, и она разрыдалась.

Откинувшись назад, я полностью выпустила её ногу, и Далай сделала то же самое.

Холо и Иллег, которые, как я только сейчас осознала, перестали тащить нас к берегу, снова двигали шлюпку быстрыми рывками, подводя нас ближе к запаху горящих тел и крови.

Я ещё несколько секунд смотрела на Касс и Балидора, пока он гладил её по волосам и лицу, прижимал к своему плечу, а она обхватила руками его спину.

Ревик взглянул на меня, и я впервые осознала, что он побледнел.

Он очень сильно побледнел.

Он выглядел совершенно осушенным.

И всё же его разум был абсолютно ясным, когда он мысленно заговорил со мной.

«Жена, как только они немного отправятся от эмоциональной части, посмотри, сможешь ли ты что-то сделать для неё. Исцеление тебе даётся лучше, чем мне. Её ждёт несколько дней адской головной боли, если ты не восстановишь нервные окончания».

Я кивнула, обхватив ладонью его руку.

Дотронувшись до него, я начала подпитывать его своим светом.

Его глаза закрылись на несколько секунд. Повернувшись, Ревик бросил на меня благодарный взгляд и привалился обратно к борту шлюпки. Снова закрыв глаза на какое-то время, он затем посмотрел на меня и слегка улыбнулся.

Его пальцы переплелись с моими.

Мы вдвоём просто лежали на дне шлюпки, пока Иллег и Холо тащили нас к берегу.

Глава 36. Хлеба и зрелищ

— Ты начал чёртову войну, — огрызнулся Балидор, сердито жестикулируя рукой и быстро шагая по каменному коридору рядом с Ревиком. — …Не говоря уж о военном преступлении, которое ты только что совершил в колоссальных масштабах. Ты серьёзно утверждаешь, что это был самый взвешенный способ справиться с ситуацией?

Ревик бросил на него холодный взгляд.

— Это единственный способ, которым мы могли с этим справиться, брат, — сказал он.

Ревик глянул на меня, и его свет скользнул по моему, оценивая моё тело и свет, после чего отключился. Не медля, он снова убрал в кобуру неорганический пистолет, подобранный у мёртвого человеческого солдата у озера, и помрачнел.

— Тебе надо трезво посмотреть на ситуацию, в которой мы сейчас оказались, брат, — Ревик наградил Балидора жёстким взглядом, не замедляя шага. — Они вот-вот организуют конец света. Это означает конец для всех. Для людей и для видящих. Более того, если мы позволим им преуспеть, Дренги сумеют пройти через эти двери. Они в теории могут уничтожить следующий цикл людей и видящих. Или исказить его до неузнаваемости прежде, чем ему представится шанс развиться.

Он бросил на меня очередной беглый взгляд, и его тон сделался ворчливым.

— Элли — единственная известная нам персона, у которой есть хоть какие-то шансы остановить это. Нам может понадобиться вся Четвёрка просто для спасения горстки людей и видящих — при условии, что мы вообще хоть кого-то сумеем спасти, — он бросил на Балидора ещё один взгляд. — Сейчас мы должны быть реалистами, чёрт возьми. Мы не можем позволить себе играть по старым правилам. Мы также не можем рисковать, позволяя им захватить кого-то из нас живым или мёртвым.