— Мне надо заняться чем-то другим. — Пробормотал Орландо под нос. — Но чем?

Помниться однажды говорил Аэнлану, что хочет построить уединённый дом. А там можно и сад завести, розы выращивать или капусту. Орландо невольно улыбнулся, представив себя поливающим цветочную клумбу.

А что? Хороший план! Он достаточно настрадался, набегался и более чем достаточно убил, чтобы уйти на покой. Не хочется закончить, как Серкано… или Гаспар.

Корабль попал в течение и заметно ускорился, начал заворачивать, входя в излучину. Загремели втягиваемые вёсла и на палубу, один за одним, начали выбираться залитые потом гребцы. Десяток эльфов и орков.

А может в моряки податься?

Орландо поднялся, широко улыбаясь, и пошёл на запах похлёбки, спрятав ладони в карманы. У него ещё вся жизнь впереди, успеет придумать занятие.

Орландо почуял океан задолго до того, как увидел. Мягкий аромат соли и йода наполнил грудь, пробуждая воспоминания о тёплых днях жизни на острове. Кожу, несмотря на холодный ветер защекотали «лучи солнца», а под ногами вместо палубы заскрипел горячий песок. Мечник моргнул, и наваждение пропало. Река по обе стороны разделяется на множество рек поменьше, сливается с притоками образуя дельту.

Вокруг суетится команда, двое парней бегают от борта к борту и что-то кричат рулевому. Тот вертит штурвал сцепив зубы, и корабль послушно уворачивается от невидимой мели или едва выглядывающего из воды ствола дерева.

— В это время года дельта труднопроходима. — Пояснил Аэнлан. — Весной реку переполняет вода и тогда начинается полноценная навигация. Собственно поэтому Луиджина не боится флота заговорщиков.

Бессмертный держится за канат, свисающий с мачты, и стоит широко расставив ноги. Орландо кивнул, наклонился влево, сохраняя баланс, откинулся вправо, следуя за покачиваниями корабля. Через разрывы в облаках выглядывает холодное солнце и вода вокруг корабля вспыхивает мириадами бликов. Отражённый свет норовит уколоть глаза и вышибить слезу, которую тут же слизнёт мощный боковой ветер.

— Ты не боишься? — Спросил Аэнлан, оглядывая балансирующего напарника.

— Нет. — Ответил Орландо. — Я очень долго жил у моря и посреди океана.

— А вот мне каждый раз не по себе. — Вздохнул эльф, прикрылся от ветра свободной рукой. — Выжить можно и в самой лютой битве, а вот в случае кораблекрушения… шансы ничтожны.

— Боишься утонуть?

— О, невероятно! Умереть, захлебнувшись водой… нет более обидной смерти для Бессмертного. — Выдохнул Аэнлан, зажмурился, мотнул головой и сказал торопливо. — Что будем делать, если секретный проход окажется недоступен?

— Пешком пойдём. Там довольно близко.

— Угу, всего-то пригород столицы в разгар гражданской войны.

— Вот видишь, заодно разомнёмся.

Сначала океан был узкой полосой на горизонте, затем резко наскочил, охватывая мир. Будто бесконечная свинцовая рябь. Команда взорвалась криками радости, стоило кораблику, оседлав течение, вырваться на простор. Заскрипел парус, разворачиваемые по ветру и судно ощутимо прибавило скорости, по косой отдаляясь от берега.

Ведьма уложила Ролана спать. Мальчишка всё порывался бежать к реке посмотреть на светлячков, но, стоило голове коснуться подушки, задремал. Мать осталась сидеть рядом, боясь пошевелиться, пока сын балансирует на грани сна и яви. Склонила голову оценивая рост и развитие. Мальчик явно крупнее сверстников, под нежной кожей угадываются крепкие мышцы. Левое плечо чернеет синяком, полученным на тренировке.

Лицо разгладилось, став похожим на отцовское, каким оно было, когда ведьма впервые увидела Орландо. Совсем юного, но уже загнанного и с глазами старца. В тот вечер он обливался потом, орудуя тяжёлым деревянным мечом под чутким взором наставника. Она стояла в густой тени, скрытая от случайных взглядов и наблюдала, раздумывая и прикидывая. Получилось ли?

Да… именно в тот момент план, длиною в тысячелетия, начал воплощаться в жизнь.

Ведьма моргнула и осторожно поправила волосы сына. Мальчик пробормотал что-то сквозь сон, поёрзал и затих. Сердце сжалось и замерло, от осознания, что совсем скоро он уже никогда не будет спать так мирно. Женщина отступила к выходу из комнаты, замерла в проходе, не отрывая взгляда от сына.

Совсем скоро, он будет спать так чутко, что ничто не застанет врасплох. На рукояти меча отпечатается ладонь, а клинок пропитается кровью. Ведьма сжала кулак с такой силой, что ногти впились в кожу, а меж пальцев проступила кровь.

Долой эмоции! Это страдание необходимо! Он и его отец, не более чем детали плана, необходимые для успеха. Самые важные и незаменимые. Отступи она сейчас и всё пойдёт прахом!

Вернувшись в кабинет, заперла дверь на ключ. На полу разложены ингредиенты ритуала, которые скроют манипуляции от внимания богов. Через приоткрытое окно виден чёрный лес с блуждающими огоньками светлячков, а за ним гора, уходящая настолько высоко, что вершины не увидеть. На уровне облаков склон окутан призрачным северным сиянием, переливающимся от нежно-зелёного до фиолетового.