* * *

Друзья, спасибо что подождали, Вчера у сожалению писать не было физической возможности. Завтра нас ждет глава от Роберта. Все как вы и любите: мужские страдашки

31

Роберт

— Привет, — Эля касается меня надушенной щекой и, пробежавшись взглядом по лицу, с улыбкой уточняет: — Отдыхать куда-то съездил?

— Съездил, — подтверждаю я, присаживаясь за стол. — Ты голодная? Я только кофе буду.

— Я тогда тоже только кофе. Вижу, что торопишься.

Назвав официанту заказ — воду и американо, я сосредотачиваюсь взглядом на бывшей жене, которая сложив перед собой руки, за мной наблюдает.

— Чего разглядываешь так? — усмехаюсь. — Соскучилась? Бумаги, пожалуйста, сразу отдай, пока не забыла.

— Точно! — щелкнув пальцами в признание своей забывчивости, Эля лезет в сумку за договором, который собственно и стал причиной нашей встречи.

Периодически мы вынуждены вот так друг с другом видеться, потому что в нашей бывшей квартире, после развода перешедшей ей, то и дело обнаруживаются вещи, которые в силу моего халатного отношения к переезду, я забыл забрать.

Файл я кладу перед собой и жадно прикладываюсь к принесенному кофе. По возвращению столько дел навалилось, что в пору энергетики пить, чтобы со всем успевать справляться.

— Как отец? — мягко подает голос Эля. — Кризис миновал?

— Спасибо, лучше. Врачи подозревают микроинсульт, и сказали держать его под наблюдением.

Эля сочувственно качает головой.

— И так уже человек инвалид, а тут еще это… Маму твою жалко.

— Мама у меня молодцом держится, — отрезаю я, желая сменить тему. — Ты с машиной наконец разобралась?

Кивнув, Эля виновато улыбается.

— Разобралась немного, ну. Спасибо, что трубки брал. А то мне иной раз плакать хотелось. Знаешь же, что я с техникой на «вы».

Да, знаю. Даже с кухонной. Вещи, у которых находилось больше двух кнопок, неизменно вызывали у нее панику. Эля — женщина до мозга костей. Во всем, что касалось красоты и наведения уюта, ей не было равных, но коснись дело чего-то посложнее — тут же случалась катастрофа. До сих пор не уверен, стоит ли такой как она водить машину. Кажется, будто одна поездка за рулем отнимает у нее и окружающих водителей год жизни. На первых порах это казалось это даже очаровательным, но к концу брака стало невыносимо раздражать, что, кстати моментально прекратилось после развода.

— Ты выглядишь уставшим. Как съездил в Иркутск? Как дочка?

— Съездил нормально. Дочка растет. — И сам не знаю для чего, неожиданно добавляю: — Обиделась на меня за то, что пришлось срочно уехать. Я ей на Байкал съездить обещал.

Хотя чего уж там? Знаю, для чего сказал. Потому что изнутри меня это жрет — прощальные слова Полинки и факт, что обиделась. Тут у меня здесь все в кучу конечно: вина, за то что годами не был для нее тем отцом, которым мог бы быть, и то что едва мы стали друг с другом сближаться, все снова вернулось к исходной. Раньше она никогда не обижалась, и никогда так не смотрела. И я никогда не чувствовал такого как сейчас — когда душа не на месте. Стоит только рабочие поводья отпустить, как мысли снова возвращаются к ним.

— Думаю, она уже привыкла к тому, что ты приходящий папа и быстро с этим смирится, — тактично замечает Эля. — Не вини себя. То, что ты за ребенка от случайной связи не отказался и взял полную материальную ответственность в наше время уже считается подвигом. Помнишь же Катькину ситуацию? Она с мужу как о желании развестись объявила, так он с тех пор их дочек даже знать не хочет. Мол, ты хотела уйти, вот и расхлебывай сама. Расти, тяни, заботься. А у нее даже родителей нет, чтобы помочь, на секунду. Сама крутится как может: детей поднимает и работает.

— Ты сейчас не о мужчине говоришь, а о слюнявом инфантиле, мстящим жене через детей. Зачем меня с ним сравнивать? — от внезапного прилива злости я отодвигаю от себя чашку.

— Хочу напомнить, как бывает в жизни. Мама твоей дочки может быть тебе благодарна.

— Она благодарна, и к тому же ничего и не просила. Сама хотела дочь поднимать.

— Но тем не менее на курорты их отправляешь ты.

Глубоко вздохнув, я позволяю вспышке гнева немного осесть. Правда устал видимо, если так реагирую. Элька-то просто поддержать меня пытается. Про ситуацию с Полинкой и Радой она с первых дней нашего знакомства в курсе и всегда относилась с пониманием.

— Если бы не знал, что у меня ребенок есть, не отправлял бы. А когда знаю, как по-другому? Дочка не виновата, в том что ее родители нормально предохраняться не могли.

— Видишь, как ты рассуждаешь. А Катькин муж при том что сам детей хотел, ни рубля им после развода не дал и девчонок ни разу к себе не забрал.

— Тут огромную роль воспитание играет, Эля. Мальчиков нужно правильно воспитывать. Моя мать всю жизнь с уважением относилась к себе подобным. Ни разу даже про соседку плохого слова не сказала и вообще про весь женский пол. А отец с с детства научил, что такое — брать ответственность за свои поступки. Катиного мужа не научили даже себя уважать, не то что окружающих. Откуда тут ответственности взяться? Зачастую матери все своими руками портят. С детства детям одну и ту же балалайку толдычут: что противоположный пол твари и их опасаться надо. И пока они им это говорят, воспитание проходит мимо, и вырастает вот это напуганное ни рыба-ни мясо, считающее, что в мире у него есть только права и нет обязанностей.