Наконец Магическая Женщина умолкла.

— Дитя, неси свои беды к Иисусу, и сразу станет легче, вот увидишь.

— Вряд ли Иисус может понять мои беды, а тем более помочь.

Старая женщина подняла глаза к потолку и снова закудахтала:

— Господь, слышишь этого ребенка? — Смех словно разрывал ее костлявую грудь. — Она думает, что ты ей не поможешь! Твердит, что дряхлая Магическая Женщина может пособить, а вот твой сын, Иисус Христос, — нет. — Она хихикала, пока на глазах не выступили слезы. — О Господи, — продолжала ведьма, вытирая глаза передником, — эта девочка… она еще так молода!

Кит подалась вперед и коснулась ее коленки:

— Понимаешь, Магическая Женщина, я просто должна быть уверена, что не забеременею. Нельзя мне рожать. Поэтому я и пришла к тебе. Я хорошо заплачу, если дашь средство.

Старуха перестала раскачиваться и пристально взглянула на Кит — в первый раз с того момента, как та вошла в хижину.

— Дети — благословение Божье.

— Но мне его не нужно.

Жара в крохотном помещении стояла такая, что Кит стало трудно дышать. Она поднялась.

— В детстве я подслушала разговор двух рабынь. Они сказали, что ты даешь им какое-то снадобье от зачатия, хотя за это тебя могут казнить.

Пожелтевшие от старости глаза женщины сузились в некоем подобии презрения.

— Они не хотели, чтобы их деточек продавали. Ты — белая. Тебе ни к чему беспокоиться о том, что твоего ребенка вырвут из рук и больше вы никогда не свидитесь.

— Знаю. Но я не могу иметь ребенка. Не сейчас.

Старуха снова принялась раскачиваться и петь:

— В Гилеаде есть бальзам, исцеление всех ран… В Гилеаде есть бальзам…

Кит подошла к окну. Все напрасно. Ведьма ей не поможет.

— Этот янки. В нем сидит настоящий дьявол… но и доброта тоже есть, — проговорила старуха.

— Очень много дьяволов и слишком мало доброты.

Старуха громко хмыкнула.

— У такого мужчины, как он, сильное семя. Старой Магической Женщине нужно сильное зелье, чтобы побороть его семя.

С трудом выбравшись из качалки, ведьма, шаркая, подошла к полкам и принялась разглядывать запыленные пузырьки. Наконец она щедрой рукой насыпала серовато-белый порошок в банку из-под варенья, прикрыла куском чистой тряпки и перевязала бечевкой.

— Размешай щепотку в стакане с водой и пей по утрам после тех ночей, что проведешь в его постели.

Кит взяла банку и благодарно обняла знахарку.

— Спасибо, — прошептала она, сунув ей в руку деньги.

— Делай все, как говорит Магическая Женщина, мисси. Старая ведьма знает, что для тебя лучше.

Старуха повернулась к огню, посмеиваясь над шуткой, смысл которой был ясен ей одной.

Когда открылась входная дверь, Кит стояла в библиотеке на невысокой стремянке, пытаясь достать книгу. Старые напольные часы в гостиной пробили десять раз. Только один человек в мире так хлопал дверями! Весь вечер она готовилась к его приходу. Вернее, пыталась собраться с духом.

Днем, возвращаясь от Магической Женщины, она мельком видела его. Поскольку в воскресенье работники отдыхали, он в одиночку что-то делал на крыше прядильни, а потом, раздевшись до пояса, разгружал привезенные из Чарлстона доски.

— Кит!

Должно быть, ее выдал свет в окнах библиотеки, и, судя по громовому окрику, Кейн не в лучшем настроении.

Дверь библиотеки едва не слетела с петель. На его рубашке темнели пятна пота, засаленные чесучовые брюки были заправлены в сапоги, которые, вне всякого сомнения, оставили грязные следы по всему коридору. Посмотрим, что скажет на это Софрония!

— Можно быть и попроворнее, когда я тебя зову! Что ты мешкаешь?

— Еще не успела отрастить крылья, — с милой улыбкой ответила Кит, но, очевидно, у супруга напрочь отшибло чувство юмора.

— Не хватало еще разыскивать тебя по всему дому!

Все это было так возмутительно нагло, что Кит едва не рассмеялась.

— Может, наденешь мне на шею колокольчик? Неплохая идея, верно?

— Стоит подумать.

— Так что тебе нужно?

— Прежде всего ванну и чистую одежду. А потом ужин. В моей комнате.

— Сейчас позову Софронию, — кивнула Кит и тут же поняла, что совершила ошибку. Сейчас начнется…

— Софрония мне не жена. И не из-за нее я полдня разгружал доски. Если бы не твоя чрезмерная любовь к играм со спичками, я бы сегодня занялся более приятными делами. — Он прислонился к косяку, явно подначивая ее огрызнуться. Не дождется! — Так что придется тебе позаботиться о муже.

— С удовольствием, — покорно пробормотала она. — Сейчас велю принести горячую воду.

— И ужин.