Акронхын запугал Майрану и Мерлока тем, что их жизни грозит опасность. На всякий случай даже приплёл меня. Что если контрабандисты подумают, что я в курсе тайной пещеры, то опасность грозит и мне.

– Мы официально не были пленниками, с нами хорошо обращались, и.
– Майрана сглотнула и отвела взгляд.
– Акронхын нас часто навещал, развлекал беседами. Но покинуть дом, в который нас поселили, мы не могли, охрана не пускала. И связи с внешним миром тоже не было никакой. Прости.

– Не проси прощения, - обняла я её.
– Это всё вина одного человека, Акронхына, тонуть ему вечность.

Майрана снова поспешно отвела взгляд, что мне совсем не понравилось, и спросила:

– Ты не знаешь, что с ним?

– Пока ничего, - в сердцах цыкнула я.
– Пока арестован, и ему предъявлено обвинение. Надеюсь, в этот раз он выберется, и никакой подкуп не поможет.

Майрана понурилась и улетела в какие-то дали.

– Майрана, посмотри на меня, ты что, его жалеешь?
– подозрительно спросила я.
– Или ты в него. влюбилась?
– ужаснулась я.

– Нет.
– резко ответила она, а потом закрыли лицо руками и призналась: - Да.

Я остолбенело уставилась на подругу. Вот так сюрприз. Как же её угораздило?!

– Но как, Майрана?..
– растерянно спросила я.
– А как же Дарнисхэн? Он ночами не спал, организацией операции по освобождению занимался, под Акронхына копал. Даже вроде бы пострадал, когда склад контрабандистов брали.

– Не осуждай меня, пожалуйста. Так, как я себя осуждаю, никто сильнее не осудит. Но мне больно видеть твоё осуждение. Мне с ним было. интересно. Он умный, хоть этот ум и коварный. Дарнисхэн он хороший и правильный. Но с ним скучно. Он предсказуем, а Акронхын нет. Я всё время пыталась вывести его на чистую воду, а он уклонялся. Знаешь, какие у нас баталии были! Я сначала злилась, а потом поняла, что удовольствие от них получаю. И он, мне кажется, тоже. Потому что всё чаще приходил и на дольше оставался.

Она остановилась в порыве откровенности и закусила губу. Я видела, что слова приносят ей страдание, не стала мучить.

– У вас было что-нибудь?
– только спросила настороженно.

– Нет, что ты!..
– испуганно возмутилась она.
– Мы же враги как никак...

Ну хоть так, слава Итандру. Подумала я про себя, не сказав вслух. Майрану мне было жалко. Конечно, я её не стала осуждать, хоть и не понимала. Но знаю, что сердцу не прикажешь. Со своими бы чувствами разобраться.

– А ты?
– осторожно спросила она.
– Ты любишь Ала? Или это благодарность за наше спасение?

– Люблю, - призналась я.

– А он тебя? Впрочем, о чём я спрашиваю? То, что он в тебя втюхался, я поняла уже давно. Ещё удивительно, как он так долго ждал. Возможно, если бы не Адриантен.

Майрана продолжала молоть чушь, а я не спорила. Для всех так и должно быть, всё правильно.

Когда я пела песню, я чувствовала прожигающий взгляд Ала, хоть и не могла видеть за очками. Но он прожигал меня насквозь. А после концерта Ал не пришёл.

Зашёл Дарнисхэн, сказал, что Ал поехал разруливать все дела. Что свяжется со мной завтра. И что в номере меня ждёт Майрана. А с Мерлоком я увижусь только следующим днём. Сегодня с ним будут заниматься стражи, а Майране дали передышку до завтра.

Но первым, кого я увидела на следующий день с утра, был Адриантен. Вернее, уже Адриан, без окончания -тан. Он сидел напротив двери. Пьяный, с мутными алыми глазами, во вчерашней одежде. Несвежая рубашка была наполовину расстёгнута, наполовину застёгнута сикось-накось. Волосы всклочены и пряди торчали в разные стороны. Под ним на полу, за ним на стене и вокруг всё было в чёрных подпалинах.

Охрана с осуждением на него косилась, но он не смотрел на них. Он смотрел на дверь, а когда в проёме появилась я, он перевёл на меня мутный взгляд, в котором стояла звериная боль.

– Почему он? Почему именно он?
– разлепил он распухшие от жажды губы и сипло спросил.

– Зайди, - открыла я дверь пошире и отошла вглубь, приглашая.

Проём тут же закрыл Саймон и второй охранник, от Ала.

– Я не советую вам. опасно.
– тихо предупредили они меня.

– Он не тронет меня, - громко сказала я.
– Пропустите и оставьте нас.

Второй охранник посмотрел на Саймона, тот пожал плечами.

Адриан, шатаясь, ввалился в комнату и кое-как ровно уселся на софу.

– Если что, кричите, мы будем за дверью, - сказал второй охранник.

Я и сама справлюсь. Мне как раз бы хотелось, чтобы Адриан выкинул что-нибудь. Чтобы дать мне повод выплеснуть на него силу. Чтобы мы разругались. Чтобы разозлились и разошлись в обиде. Ведь злиться легче, чем чувствовать вину и жалость, которые я чувствовала сейчас.

Адриан закрыл глаза руками и опустил голову, упёршись локтями в колени. Ему было плохо. И он был растерян. Не знал, как реагировать, что сделать, чтобы стало легче.