— Госпожа, проснись!

Не успев открыть глаза, Ориэлла в панике восстановила растаявший щит и в ужасе прокляла свою слабость и беззаботность. Если Миафан нашел их… Ориэлла вздрогнула.

— Какая же я дура! — в сердцах воскликнула она. — Прости, Анвар. Сколько я спала?

Анвар, прищурившись, взглянул на солнце.

— Кажется, почти все утро. Не беспокойся, госпожа, это к лучшему. Миафан нас не нашел, а тебе все равно нужно было отдохнуть. В твоем положении… — Он запнулся и покраснел.

— Знаю, — печально сказала Ориэлла. — Сначала меня стошнило из-за этого положения, а теперь я еще и заснула из-за него. Это хуже, чем любая Сара!

— Ты, должно быть, шутишь, госпожа, — с упреком сказал Анвар.

Ориэлла вздохнула.

— Думаю, что да, — призналась она. — Хотя и не совсем.

Она поделилась с Анваром остатками тэйлина, и они позавтракали твердыми как камень ломтиками бисквита, которые юноша выклянчил у кока. Вздремнув, волшебница почувствовала себя гораздо лучше. Тошнота прошла, и она приободрилась, глядя на ясное небо и яркое солнце. Зеленые волны плескались о борт, устойчивый попутный ветер надувал латанные-перелатанные паруса. Солнышко сияло, играя в салочки с пушистыми облачками, которые, подобно испуганному стаду, неслись по небу. Веселый ветерок моментально выдул остатки сна, и, когда с утомительной задачей пережевывания пищи было покончено, Анвар достал из кармана маленькую деревянную флейту.

— Хочешь, я тебе сыграю?

— Конечно, хочу!

И Анвар заиграл — коротенькие веселые мелодии собственного сочинения, которые отлично сочетались с живым солнечным днем. Привлеченные музыкой, матросы начали находить предлоги, чтобы постоять рядом с веселым дудочником. Ориэлла с изумлением наблюдала, как на их лицах расцветают улыбки, и они начинают хлопать и притоптывать в такт музыке. Скоро матросы принялись учить Анвара своим похабным песенкам, а потом с неистовой беспечностью пустились в пляс. Появился капитан, возмущенный тем, что люди отлынивают от работы, но тут же и сам поддался всеобщему веселью. Бросив взгляд на ясное небо, он приказал откупорить бочонок вина.

Именно из-за вина все и случилось. Ориэлла с Анваром должны были оставаться начеку и поэтому не присоединились к общей пирушке. Юноша пересел поближе к танцующим, а Ориэлла снисходительно наблюдала за ними, не забывая поддерживать свой щит.

Вдруг ей на плечо легла чья-то рука, и в нос ударил винный дух. Оловянная кружка, доверху наполненная какой-то отравой, оказалась прямо перед ее глазами.

— Выпей, милашка, — произнес чей-то невнятный голос. Обернувшись, Ориэлла, увидела небритую похотливую и грязную физиономию.

— Нет, спасибо, — сказала она, стараясь сохранить присутствие духа.

— Я сказал, выпей! — Схватив ее за волосы, головорез сунул ей чашу под нос, и липкая жидкость потекла ей на подбородок и на рубаху.

Сосредоточенная на своем невидимом щите, Ориэлла не успела отреагировать, но, прежде чем она опомнилась, рядом оказался Анвар. Он схватил пирата за шиворот и резким ударом в лицо свалил его на палубу. В лице юноши, в холодном блеске его глаз, было нечто, чего Ориэлла никогда прежде не замечала.

— Убери от нее руки, — прорычал юноша.

Бандит вскочил на ноги, и в его руках оказался внушительных размеров кинжал. У Ориэллы упало сердце. Она тихонько встала, положив руку на рукоять меча.

— Почему у тебя две, а у нас ни одной? — взревел пират. — Теперь я возьму обеих, вот только выпущу тебе кишки! — Анвар отступил назад, обнажив свое оружие — жалкий короткий нож, которым снабдил его Ваннор. Пираты толпились рядом, словно волки, смыкающиеся вокруг добычи.

Напряженную тишину разрезал металлический звук: Ориэлла обнажила свой меч. Она встала рядом с Анваром и ровным, спокойным голосом произнесла:

— Вам лучше остановить их, капитан, если вы хотите продолжать это путешествие с командой.

— Проклятие, ребята, — это только девка, — взревел разбойник с кинжалом и кинулся вперед. Клинок Ориэллы сделал неуловимое движение, и чеканный кинжал отлетел в океан, а его владелец с воем повалился на палубу, прижимая к груди правую руку.

Кончиком меча волшебница указала на злополучного пирата.

— В следующий раз, — отчеканила она в воцарившейся тишине, — я отрежу кое-что посущественнее. И так будет с каждым, кто полезет ко мне. — Девушка посмотрела в глаза разъяренному капитану, который, однако, еще не решил, как поступить. — Думаю, ты хочешь дожить до того дня, когда сможешь потратить золото, которое я тебе заплатила?

Тот выругался и сплюнул на палубу.

— Спускайтесь вниз, ребята, и оставьте пассажиров в покое. В порту на их золото вы купите уйму шлюх. — Недовольно бормоча, матросы разошлись, унося истекающего кровью обидчика Ориэллы.

К изумлению Анвара, девушка с улыбкой повернулась к капитану.

— Благодарю вас, капитан Джурдаг, — сказала она. — Я очень признательна вам. Вы избавили нас от кучи неприятностей. — Анвар был ошеломлен ее лицемерием, а еще более тем, что оно сработало.

— Пустяки, уважаемая госпожа, — сказал капитан, поджав губы. — Если у вас или у вашего достойного спутника возникнут какие-нибудь трудности с командой, я всегда рад их разрешить. Уверен, вам не стоит таскать с собой эти железки. — Сладким голосом заметил он.