— Давай! — Ориэлла подняла руки, и парус с грохотом, напоминавшим гром, треснул посередине и разорвался сверху донизу. Корабль немедленно выровнялся, а парусина обмоталась вокруг грота. На секунду капитан застыл с разинутым ртом, но тут же опомнился и начал отдавать приказы ошеломленной команде. Надо было как можно скорее срезать лохмотья грота и зарифить фок. Даже с единственным куском парусины на фок-мачте корабль с поразительной скоростью несся вперед, опережая бурю.

Анвар наклонился к Ориэлле.

— Плохо дело, — прокричал он ей прямо в ухо. — Пожалуй, надо сходить за Сарой.

Крепко цепляясь друг за друга и за все, что попадалось под руку, они, спотыкаясь и падая, брели по вздымающейся палубе в постоянном страхе, что их смоют огромные волны, грозящие перевернуть судно. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем они оказались в каюте.

Дверь была завалена каким-то бревном, которое принесли сюда волны. Ориэлла выругалась и снова подняла руку.

— Закрой глаза! — крикнула она Анвару. Раздался удар, полетели щепки. Анвар рванул дверь, и они ввалились в каюту, преследуемые горой ледяной воды.

Сара завизжала и вскарабкалась на койку, спасаясь от холодного потока. Борясь с напором воды, Анвар безуспешно пытался закрыть дверь, пока ему на помощь не пришла Ориэлла. Вдвоем им удалось захлопнуть дверь и спасти каюту от полного затопления. Ориэлла печально посмотрела на грязную лужу на полу.

— Ну что ж, — сказала она, — по крайней мере полы впервые вымыты как следует. Она схватила свой жезл и заткнула за пояс — так было спокойнее. — Идем, — коротко бросила она. — Если корабль пойдет ко дну, здесь мы будем в ловушке.

— Госпожа, ведь это должно скоро кончиться? — в голосе Анвара слышалась безотчетная мольба. Ориэлла покачала головой.

— Нет, Анвар. Эта буря — работа Элизеф, и она не кончится, пока та не выбьется из сил, или пока корабль не пойдет ко дну. Миафан жаждет нашей смерти.

Сара испуганно вскрикнула и разрыдалась. С посеревшим лицом Анвар посмотрел на волшебницу.

— Госпожа, я не умею плавать.

Ориэлла уставилась на него, словно впервые увидела:

— Что значит, не умеешь плавать?

— Не умею. Вот Сара умеет — она ведь жила у реки, — а мой отец так заваливал меня работой, что у меня не было времени научиться.

Ориэлла хлопнула себя по лбу.

— Только этого еще не хватало! — воскликнула она. — Держись рядом со мной. Я попытаюсь помочь, но, честно говоря, Анвар, боюсь, ты просто выберешься из этой переделки чуть раньше нас: никто не может выжить в таком аду. — Девушка чувствовала себя подавленной, побежденной и сломленной.

Оглушительный раскат грома заставил их вздрогнуть, и в окне мелькнула яркая вспышка молнии. Наверху раздался ужасающий треск, за которым последовал толчок, от которого содрогнулся весь корабль. Лампа потухла, и они очутились в кромешной тьме. Ориэллу швырнуло вперед прямо на Анвара и Сару, которые тоже беспомощно растянулись на полу.

Уцепившись за койку, она с трудом выпрямилась и вызвала к жизни шарик магического света. Пол круто наклонился в сторону носа. Чертыхаясь, Ориэлла оттащила Сару, чтобы дать Анвару возможность подняться.

— Торопитесь! — крикнула она. — Мы должны выбраться наружу!

На палубе царил настоящий хаос. Молния угодила в грот-мачту, та вспыхнула и, переломившись надвое, упала на такелаж фок-мачты, которая, в свою очередь, тоже рухнула, вырвав кусок палубы и в щепки разбив правый борт. Одним концом она погрузилась в воду, лишив корабль равновесия, и кипящие волны уже начали разламывать суденышко на части. Через проломленный борт хлынула вода. Капитан все еще отчаянно цеплялся за штурвал — но тщетно, ибо руль был уже над водой.

Корабль стремительно погружался. Они стояли, пораженные этой картиной всеобщего разрушения, а судно меж тем начало переворачиваться. Палуба встала вертикально; Анвар схватил волшебницу за плечо, но тут же выпустил, и погружаясь в ледяное море, Ориэлла почувствовала, как течение увлекает ее вглубь, вслед за тонущим кораблем. Пенящиеся волны сомкнулись над головой. Девушка отчаянно боролась, но поток был слишком силен. Погружаясь в глубину, она задержала дыхание, и тут вернулся Миафан. Ледяные щупальца его беспощадной воли сковали ее душу.

Ну это уж слишком! Она вот-вот утонет, нужны все силы, чтобы выжить, а он снова тут. Ориэлла вспомнила мужество Финбарра, вспомнила Форрала, безжалостно сраженного замогильными тварями, и в ней, подобно багровой волне, взметнулся гнев.

Миафан не дал ему умереть славной смертью воина. Забывшись, Ориэлла открыла рот, чтобы выкрикнуть проклятье, и соленая вода хлынула ей в горло, наполняя легкие жжением. Ну что ж, она погибнет, но сделает все, чтобы потянуть за собой врага. Ориэлла рывком вывернулась из магической хватки, и освободив сознание от тела, направила свою волю в Нексис. Миафан был там — он согнулся над кристаллом подобно огромному пауку. Ориэлла проникла в кристалл и, собрав всю мощь своей магия Огня, метнула огненную стрелу прямо ему в глаза. Миафан заорал страшным голосом и рухнул, прижимая руки к лицу. Сквозь пальцы Владыки валил дым. Он был ослеплен.