— Просчитать и передать!

Пиратские фрегаты открыли огонь и бомбардировщики тут же начали нести потери. Эсминцы ирдов пока отстреливались спарками непосредственной обороны, даже не пытаясь выпускать торпеды — слишком юркими были пиратские корабли и попасть по ним торпедами было неимоверно сложно.

Тем временем к месту столкновения уже подошел и остальной пиратский флот. И к разочарованию адмирала Кахэна в нем не было ни одного транспорта: укрываясь единым полем отражения, следуя друг за другом, шли крейсера и несколько носителей. Лишь пять целей, держащихся далеко позади, все еще могли оказаться транспортами. Но почему их не кидают в бой? Ведь транспортники это «мясо», бесполезное и слабое, которым жертвуют в первую очередь, оттягивая внимание от других кораблей.

— Сколько нам еще? Когда сможем открыть огонь главным калибром? — спросил адмирал.

— Три минуты.

Черт! Адмирал сжал лапы — за три минуты малые корабли успеют уничтожить. Им и пиратских фрегатов хватило бы, а уж при поддержке крейсеров…

— Эсминцам! Атаковать пиратские крейсера и носители! — приказал адмирал. Все равно эсминцев успеют по большей части перебить, прежде чем пятая эскадра успеет подойти и помочь. Так зачем им умирать просто так? Пусть хоть какую-то пользу принесут.

Эсминцы отчаянно рванули вперед, прямо под шквальный огонь противника, явно правильно поняв приказ своего адмирала. Ведь если адмирал будет доволен, вполне возможно, что погибший капитан эсминца получит компенсацию от адмиралтейства за оживление в клоне. Конечно, данная процедура была доступна далеко не всем, да и опасность переродиться в новом теле полным кретином пугала многих. Тем не менее, большая часть офицеров имела прописку в клон центрах. Чего не скажешь о рядовом экипаже — там подобное встречалось редко. Зато если адмирал будет доволен, а адмиралтейство щедрым — капитан уничтоженного корабля вполне может вернуться на поле боя, найти тело погибшего и такого важного члена экипажа и, взяв образец его тканей, за считанные дни вырастить клона. Хотя на подобное шли редко — среди рядового персонала обычно был только один сброд и никому не нужные неудачники. Но особо отличившиеся экипажи и корабли реанимировали. Именно поэтому эсминцы и летели сейчас наперегонки, надеясь успеть, заслужить славу, которая не только принесет им жизнь, но и почет, деньги, звания.

Борзо кинувшиеся вперед эсминцы не смогли достичь своих целей — оказалось, у пиратов есть еще один туз в рукаве — несколько эскадрилий истребителей и штурмовиков, которые явно ждали самоубийственную атаку ирдских эсминцев и были готовы ее отбить. Отличиться в бою не смог ни один эсминец.

— Адмирал!

— Чего еще? — рявкнул адмирал, повернувшись к связистам.

— Вторая эскадра не отвечает. — пробормотал оператор.

— Координаты передали?

— так точно…

— Они подтвердили прием?

— да…

— Ну так значит они уже в варпе и должны быть здесь с минуты на минуту…

— Они должны были выйти из варпа как раз минуту назад…

Адмирал нахмурился. Это еще что значит? Ушли в варп и исчезли? Но это надо быть полным кретином, чтобы перепутать точные координаты, прыгнуть криво. При этом координаты были ведь не в отдаленной системе, а в этой, хорошо известной ирдам. Да и ошибиться вся эскадра не могла — хоть один корабль, но должен был уже появиться. Так что с ними случилось?

— Контакт! Готовы открыть огонь главным калибром! — доложил оператор и адмиралу стало не до размышлений. Нужно было участвовать и командовать в бою.

***

— подтвердите прием координат и начинайте разгон. — Флаг-капитан Эльс стоял посреди капитанского мостика своего флагмана, крейсера «Гордость Кахэна» широко расставив задние лапы и заведя передние за спину. Подобная, несколько пафосная поза, всегда являлась поводом для шуток как среди низшего персонала, так и офицеров. Но, конечно же, за глаза, чтобы флаг-капитан об этом не знал. Все прекрасно знали о его болезненном самолюбии.

Впрочем, лишь не многие лично убедились в том, что даже если бы он узнал о ходивших о нем слухах и пересудах, то лишь презрительно искривил бы свою мордочку. Флаг-капитан считал ниже своего достоинства слушать сплетни и уж тем более мнение о себе от всякой черни.

— Флаг-капитан. — обратился к нему старший навигатор. — я настоятельно рекомендую сменить курс, отойти от аномалии и лишь затем начинать разгон.

Флаг-капитан лишь презрительно скривился и даже не стал ничего отвечать.

— Флаг-капитан! Я требую, чтобы мое замечание было занесено в бортовой журнал. Ваш приказ противоречит…

— Ваше замечание противоречит приказу адмирала. — Эльс говорил сквозь зубы, не поворачиваясь к собеседнику. — я бы даже сказал саботирует его. Так что ваше замечание так и быть, мы внесем в бортовой журнал. А после боя я жду от вас рапорт на перевод.

— На каком основании? — побагровел навигатор.

— Не желаю видеть на своем флагмане и в своей эскадре паникера. — процедил Эльс.