Кабан с недовольством ходил-ходил вокруг этой кучи, а потом принялся растаскивать ее. Поддевал длинными клыками валуны, отпихивал их в стороны, нырял и доставал булыжники.

Тогда я понял, что драконы-хранители не хранят ничего, кроме своего жилища. Им, как и людям, безразличен весь лес, вся гора или весь водоем, они обустраивают лишь свою территорию и охраняют ее от вторжений.

Когда речной дракон напал на караван Джин Фу, он не оберегал реку, а прогонял вторженцев. В этом не было ничего плохого. Просто я немного разочаровался. Прежде они представлялись мне кем-то вроде императоров среди животных. Или точнее — наместников императора, которые выполняли его волю и управляли наделами.

Отличие дракона от обычного зверя заключалось в том, что он не только охранял свою землю, но и преображал ее под свои нужды. Озеро у подножия горы лежало и до кабана. А вот болото и рощица из железных деревьев появились там неслучайно. Я представлял, как Хранитель осторожно выкапывал крошечные побеги, переносил их на большие расстояния, день за днем приходил к ним и накладывал заклинание ускоренного роста, любовался на новые веточки.

А как создавалось болото, я не мог себе даже представить. Может быть, кабан рыл тоненькие каналы, убирал осушающие почву деревья, уводил лишнюю воду и ждал. Он выгнал всех крикливых и крупных животных, какой-то неведомой магией очертил границы и мирно жил в своем уголке.

Благоговение перед кабаном ушло.

Зато я смог изучать его магию без чувства вины.

Например, я понял, как работает его заклинание для ускорения роста растений. Оно действовало сродни быстрому заживлению ран: вытягивало силы из организма, вкладывая их в рост. Довольно скоро я научился применять эту магию так же, как и кабан, и с тех пор проблем с лекарственными травами и съедобными кореньями у меня не стало.

Я окинул взглядом свои земли. Ничуть не хуже, чем у кабана!

Начиналось всё с жалкого навеса, подвесной лежанки и костра, обложенного камнями. А сейчас тут стоял крепкий дом с тремя комнатами, в одной из которых хранились записи, в другой я жил, а в третьей лежали припасы, лекарственные смеси, яды. Стены этого дома состояли из трех слоев: наружные — бамбуковые и между ними слой утрамбованной земли с мелкими камушками. Ни ветер, ни дождь, ни насекомые не проникнут через такую защиту. Крыша обычная, тростниковая. Как я ни бился, с черепицей справиться не удалось. Отдельные пластины еще как-то получались, а вот сделать их гладкими и ровными, чтобы они плотно прилегали друг к другу, не удавалось никак.

Еще один домик стоял поодаль. Его стены были покрыты защитными и скрывающими Ки массивами. Там я проводил опыты по начертанию и магии.

Рядом с обрывом раскинулась легкая терраса, где приятно было сидеть летними вечерами и записывать все разработанные и изученные вещи. Дорожки между домами были выложены дробленым камнем, благо после камнесхода в материале не было нехватки. Вокруг росли плодоносящие деревья, которые я отыскал в лесу, выкопал вместе с корнями и перенес к себе.

Вспомнив внутренний садик во дворе господина Джин Фу, я постарался устроить что-то похожее и здесь. Мне не хватало тонкого вкуса и познаний госпожи Роу, поэтому мой дворик выглядел грубовато по сравнению с ее творениями. Но я всегда улыбался, глядя на кусты простеньких голубоватых цветов, растущих вдоль стен дома. Кое-где распустили розовые лепестки дикие гвоздики, развернули узорные листья папоротники, и со дня на день должна была зацвести гордость сада — золотая орхидея, ростки которой я обнаружил на другой стороне горы во время одного из дальних походов.

Впрочем, большую часть времени я посвящал начертанию.

На второй год отшельничества я начертил массив из четырех печатей, причем три из них придумал сам. Этот массив умел сохранять и поддерживать холод в небольшом пространстве, что было полезно в хозяйстве, а в летнюю жару еще и создавал приятную прохладу в доме. На основе него я быстро создал структуру, которая может обогревать комнату, причем она тратила не очень много Ки, главное, не забывать пополнять ее.

Также я вспомнил полузабытый случай со времен каравана Джин Фу, когда защитный массив из-за обмотанных пальцев сработал не так, как полагается, и поработал над ним. Оказалось, что линии Ки в процессе рисования не могут пересекать или переходить какой-либо барьер. То есть если поместить рисующую руку в плетеную корзину и рисовать массив в ней, то его размер будет ограничен пределами корзины, если же обмотать палец тряпками, то магическая конструкция уменьшится до минимума. Плюс менялись и его свойства. Тот защитный массив, который я чертил в караване, не давал проникнуть внутрь ничему телесному, хоть и не препятствовал магии. Обычный щит без отзеркаливания удара. В уменьшенном же виде вся Ки концентрировалась в одной точке и при касании не просто блокировала удар, но еще и отбрасывала его назад.

Сейчас я умел накладывать печати без привязки к своему телу, поэтому решил прикрепить массив к острию моего самодельного копья. Без металлического наконечника оно было бесполезно для охоты, потому я брал его только на тренировки. Для пробы я взял огненный защитный массив, который вспыхивает при внешнем воздействии. Именно такой впечатлил крестьян-разбойников, которые напали на торговца. И эффект оказался выше всяких похвал. Даже деревянное копье проделало в толстом стволе дыру с опаленными краями.

А если сделать такой массив с молнией? И если поместить еще одну магическую структуру на тупой конец копья? С таким оружием можно и против доспешного воина выйти, главное, не забывать пополнять энергию. Был у таких массивов и недостаток — их приходилось рисовать вручную, выплескивать их у меня не получалось: они сразу разворачивались в привычном размере.

Но вершиной моих пятилетних исследований стали новые боевые массивы.

Как-то раз я задумался о том, как массив, по сути состоящий из чистой энергии, может взаимодействовать с окружающим миром. Он воспринимает сигналы извне, отличает их друг от друга и реагирует. Почему это чаще всего атаки, которые нужно отражать? Есть еще охранные массивы. Они сложнее, чем обычные защитные, так как умеют различать враждебное вторжение и дружеское, хотя отличие между ними лишь в наличии или отсутствии у человека амулета, настроенного на этот массив.

Сложнее всего было представить, чего же я хочу добиться, ведь единственной зацепкой было желание, чтобы магическая конструкция не отбивала удары, а делала с ними что-то иное. Но что еще с ними можно было делать? И всё, что я смог представить, так это усиление удара. То есть действие, обратное защите.

Для этого мне пришлось пересмотреть строение массива, разработать несколько новых печатей, сообразить, что такую конструкцию нужно ставить внешней стороной к тем, кто ее будет использовать, и внести ограничения по силе воздействия.