— У этих людей слишком много свободного времени.

Он усмехнулся.

— Пожалуйста, только не говори такое при моей матери.

— Я ей не нравлюсь, Генри. И ничто из того, что я скажу или сделаю, этого не изменит.

— Ну, ей придется одуматься, потому что ты никуда не уйдешь. Именно поэтому ты здесь. Так что пусть видит.

Я кивнула, прислоняясь к нему чуть ближе.

— Знаю. Прости. Просто нервничаю.

— Лекси где-то здесь, — сказал он, зная, что её присутствие меня успокоит.

Пока мы шли по лужайке, люди останавливались, чтобы поприветствовать Генри, некоторых из них я встречала раньше на мероприятиях, других видела впервые, и они были заинтригованы встречей с женщиной, ради которой Генри отказался от холостяцкой жизни. Я спросила у Лекси, что надеть на подобное мероприятие, и мы вместе прошлись по магазинам. Было приятно видеть, что подруга верно меня сориентировала. Все женщины были одеты в похожем стиле — элегантное летнее платье с кардиганом или блейзером поверх, так как погода становилась прохладной.

На мне было голубое, облегающее тело, платье из эластичного материала. Подол заканчивался чуть выше колен, демонстрируя длину ног, с вырезом под горло и короткими рукавами. Сексуально, но сдержано.

Также Лекси дала мне маленькие пластиковые колпачки для каблуков, чтобы туфли не увязали в газоне.

— Генри, Надия. — Рэндалл Лексингтон неожиданно возник рядом, щеголевато одетый в синий кашемировый свитер и коричневые брюки. Он пожал сыну руку и наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку.

Я немного расслабилась от мысли, что нравлюсь, по крайней мере, одному из родителей Генри. По его словам, отец пытался уговорить Пенелопу изменить своё отношение. Судя по всему, у него не очень получалось.

— Прекрасно выглядишь, — сказал Рэндалл, отстраняясь. — И я рад, что никто не обратил тебя в бегство.

Все прекрасно понимали, кто конкретно этот «никто».

Генри крепче сжал мою талию.

— Если бы она убежала, я бросился бы следом.

Я закатила глаза, а Рэндалл разразился резким хохотом.

— Кто ты и что ты сделала с моим сыном?

— Тоже хотела бы это знать. — Пенелопа незаметно приблизилась к нашей компании.

Она всегда так делала. Появлялась из ниоткуда, словно по волшебству.

Как Злая Королева из сказки.

— Пенни, — тихо предупреждающее сказал Рэндалл.

Она бросила на него скучающий взгляд, но пододвинулась ближе. Он машинально обнял её, и она ещё сильней прильнула к нему. Их публичное проявление чувств поражало.

Я обратила внимание, что многие пары из окружения Генри на публике вели себя чопорно и отчужденно друг с другом. И была ошеломлена, увидев, что ледяная Пенелопа Лексингтон стала исключением из правил.

— Мама, — сказал Генри, покорно отпуская меня, чтобы наклониться и поцеловать её в щеку.

Выражение лица женщины слегка смягчилось, но затем снова застыло, когда он незамедлительно вернулся, скользнув рукой вокруг моей талии.

— Ты всё еще здесь. — Её взгляд остановился на мне.

— Мама. — Настала очередь Генри предупредить.

Но какой бы пугающей она ни была, я не хотела, чтобы Генри думал, будто я нуждаюсь в защите от неё.

— Миссис Лексингтон, рада вас видеть.

— Лгунья.

— Пенни, — простонал Рэндалл.

— Я не собираюсь изображать, будто счастлива, что Генри встречается с этой женщиной, и моё решение окончательно.

— Ты все время делаешь вид, что люди тебе нравятся, Пенни. Терпеть не можешь половину персон на этой вечеринке, и все же будешь улыбаться, делать комплименты, и лгать сквозь зубы.

Я неловко поежилась, но решила быть такой же прямолинейной, как мать Генри.

— Мы с Генри вместе. Вы не избавитесь от меня, как бы грубо со мной ни обращались. Так что, вы можете либо притвориться, что принимаете этот факт, либо поставить нас всех в неловкое положение. Это, однако, приведет только к тому, что люди начнут сплетничать о нас, и о вас. Хуже того, жалеть. Бедняжке Пенелопе Лексингтон приходится мириться, что эта девушка встречается с её сыном. — Рука Генри на моей спине напряглась. — Или вы могли бы улыбнуться и притвориться, что довольны выбором Генри, и настолько выше их всех, что только ваше мнение имеет значение.

Родители Генри на мгновение замолчали, но Рэндалл слегка улыбнулся.

Пенелопа смотрела на меня, словно впервые видела. А затем кивнула.

— Ты права.

— Слава Богу, — пробормотал Рэндалл.

Вняв моему совету, Пенелопа изобразила приветливую улыбку и стиснула зубы.

— Ты большая интригантка.

— Мама, — огрызнулся Генри.

— Улыбнись, дорогой. — Она усмехнулась, оглядываясь. — Может, мне и не нравится твоя дикторша из прогноза погоды, но, по крайней мере, она понимает, как здесь всё устроено.