– Это ведь и мое дело, Николай! Я ведь за Канал отвечал, а теперь… Батя в трансе, в первый день чуть «Скорую» не вызвали.

Правда, потом он подсчитал, что успел зашибить… По-моему, он не в накладе. Да Аллах с ним!

– А полковничьих погон не жалко? – ненароком поинтересовался Николай.

– Жалко, – честно признался Мик. – Там меня за мальчонку не держали… Мы ведь Договаривались, что вместе за скантром пойдем!

Келюс не стал спорить. Кажется, Плотников отнесся к этой истории далеко не так легко, как хотел показать…

Мик подбросил Келюса к Дому на Набережной. Спешить Лунин не стал – в большой квартире на четвертом этаже его не ждали. Он закурил и, не торопясь, пошел к своему подъезду. Ранние осенние сумерки загнали жильцов Дома в тепло квартир, и Келюс оказался почти один в огромном неуютном дворе. Почти – потому что напротив своего подъезда он сразу же заметил одинокую фигуру. Некто в серой куртке и странной старомодной кепке посвечивал огоньком сигареты, время от времени поглядывая по сторонам. Келюс мельком подумал, не Генерал ли распорядился выставить у его квартиры пост, и пожалел мерзнувшего филера.

Человек в серой куртке вновь обернулся и вдруг замер, явно заметив Николая. Тот мысленно упрекнул непрофессионально работающего контрразведчика, но уже через секунду понял, что зря грешил на спецслужбы. Человек в кепке погрозил кулаком, и Николай расхохотался. Бородатый самарский доцент, очевидно, здорово успел намерзнуться.

– …Идол! – воззвал он, тыкая Николая крепким кулаком в' плечо. – Глумитель! То я тебе, крокодилу, нужен, то тебя дома нет!

– Чего ж ты Лидке не позвонил? – поинтересовался тот, отдавая пинок обратно.

– А ее дома тоже нет, – вздохнул археолог. – Попрятались, а я мерзни!

– Ну, рассказывай!

– О чем? – удивился Валерий. – Раскопать ничего не раскопали, Дурилка до сих пор в больнице, Семин, бедняга, скучает, Бизон тебе привет передает…

– А что с Дурилкой? – заинтересовался Келюс.

– Ну, то, что он себе отбил, у нас не пришивают. Ладно, нужен тебе этот мерин!..

Валерий расстегнул пальто, достал из-под мышки японский «уоки-токи» и щелкнул переключателем. Внутри что-то пискнуло, бородач произнес: «Давай» – и выключил аппарат.

– А вот так! – не без гордости заявил он. – Ну что, прокатимся в Крым?

– Обязательно. Следующим летом, бином…

– Ага, – кивнул Валерий, – значит, мы с Серегой зря целый месяц по Яйле лазили? Зря я отпуск за свой счет брал, изувер?

– Нашли? – понял Николай.

Валерий не ответил и обиженно отвернулся.

– Да ты пойми, это же не я затеял! Я их еле уговорил, бином, чтоб меня самого взяли…

– Так и знал, – равнодушным голосом констатировал археолог. – Ты всегда был эгоистом, даже на пиво с нами не ходил… Ладно, орел, иди встречай!

Сзади послышался шум мотора. Келюс обернулся – во двор въезжал роскошный белый автомобиль. Машина, не торопясь, выруливала по неширокому проходу, словно брезгуя лишний раз проехать колесами по столичной грязи. Двойные подфарники подмигнули, и автомобиль затормозил в нескольких шагах от подъезда. Из распахнувшейся передней дверцы выскочил молодой человек в дорогой светлой куртке, махнул рукой и поспешил открыть заднюю дверь. Келюс успел подумать, что уже где-то встречал этого парня – и увидел Ольгу.

…На фоне роскошного автомобиля странно смотрелись ее старая куртка и потертые джинсы – девушка была одета так же, как в день их последней встречи.

– Коля!..

Она рванулась вперед, но в последнюю секунду сдержалась. Молодой человек взял ее под локоть и повел к подъезду. Келюс медленно шагнул навстречу.

– Ну вот, все живы… – вздохнул он. Девушка, не отводя глаз от его лица, подала руку, как-то странно вздохнула.

– Да что вы, Ольга! – бодро начал Николай и умолк.

– Привет, привет! – заулыбался бородач. – Добрый вечер, сеньоры!

Келюс оглянулся и замер. Рядом с машиной стояли двое – тот, кого он принял за шофера, и другой, в темном пальто, широкополой шляпе, со знакомой черной бородкой.

– Добрый вечер, синьор Никола! – усмехнулся Чезаре ди Гуаско. – Я же говорил вам, что мы еще увидимся!

– Рад вас видеть, синьор, – нерешительно прибавил Гонзальво.

– Мы иногда путешествуем, – Чезаре кивнул на автомобиль. – Забавно наблюдать, как меняются люди и страны!.. Нам пора, синьор Никола, возьмите на память.