— Прикончи этих, — не оборачиваясь, бросил любимый вампиренышу.

— Нет! — завизжал старый отравитель в запачканном кровью халате. — Вы обещали пощадить меня и моих людей!

Хенси смотрел только на Мизу. Длинные, нежные пальцы коснулись ее мокрой щеки. Девушка ощущала, как любимый читает ее. Видит мучения, которым ее подвергали эти тени в халатах. А Миза видела, как разгорается огонь возмездия в его ясных глазах.

— Где ты увидел тут людей? — бросил Хенси через плечо.

Вдвоем они двинулись дальше по коридору, их шествие сопровождали сдавленные крики умирающих теней и визги разбуженных психов в палатах. Алые лужи сверкали, как красные бархатные ковры, дальше по коридору.

Миза бросила мимолетный взгляд на убитых санитаров.

— Когда я успела забыть? — прошептала она. — Ведь ты сам говорил мне, что ты Паук и жертвуешь всеми нами.

Хенси отвел ее лицо от трупов.

— Больше нет, — сказал он и поцеловал ее. — Больше не всеми.

Миза закрыла глаза и прижалась к груди любимого. «Пусть даже жертвует мной, плевать, — подумала она. — Теперь меня оберегают. Теперь я ценна».

Великий Псевдобог, глава крупнейшей триады Поднебесной асур Цинь Ли расправился с последней жертвой. С нечеловеческим, драконьим вздохом он отпустил разорванный мешок с костями. Труп упал и смешался с сотней таких же изувеченных мертвецов.

Цинь выпрямился и взглянул в панорамное окно. Кровавое пиршество Псевдобог совершал в роскошных апартаментах на сорок пятом этаже сверкающего небоскреба. Вид на охваченный огнями центр ночного Пекина поражал и украшал вечер.

Довольный рев выдался из ощеренной пасти асура. Он ощущал, как эманации смертельной агонии насыщают его адский котел. Еще одна единица ци, еще один шаг к пределу демонической власти.

— Чем бы дитя не тешилось… — услышал Цинь булькающий хрип с пола.

Лишенный ног мертвец взирал на асура ожившими глазами.

— Синигами, — с презрением протянул Цинь. За свою долгую жизнь он уже сталкивался с богом смерти, поэтому увиденное непотребство его не удивило. — Не мог выбрать труп поцельнее?

— Некогда перебирать, — заморгало бледное оттекшее лицо. — Меня послала сама Солнцеликая.

— Аматэрасу? — хмыкнул Цинь. — Чем обязан этой дамочке?

Услышав такое богохульство, Синигами сверкнул взглядом, но смолчал. Бог смерти жил намного дольше асура и тоже прекрасно знал характер этих зарвавшихся Псевдобогов. И научился их терпеть.

— Царица Неба ощутила многократное вторжение в наш мир, — прохрипел бог мертвым горлом. — Токио, по большей части округ Сибуя, районы близ школ Ямага и Сибо.

— Япония? — прищурил черные глаза демон. — Мой синдикат утратил там влияние. Ничем не могу помочь.

— Богиня считает, что это гости из другого времени, — бог смерти проигнорировал асура. — Нежелательные гости.

— Я вроде бы дал тебе ответ, падаль, — Цинь расправил могучие плечи и отвернулся к окну.

— Осторожнее, мальчик, — прохрипел за спиной древний бог. — Возможно, ты могуч, возможно, всевластен, но не бессмертен. Можешь, стать хоть царем мира, но рано или поздно каждый умрет. Твое посмертие в наших руках, малыш. Райские кущи либо кипящая смола — выбирай.

Кулаки Циня с хрустом сжались. С трудом сдерживаясь, асур выдавил:

— Если сделаю, что просите, эта заслуга зачтется мне?

Синигами заклекотал, словно ворон. С ощеренными от ярости клыками Цинь ждал, когда разорванный его когтями мертвец прекратит смеяться над ним.

— Конечно, мальчик. Мы закроем глаза на ужасные трофеи, что носит твоя душа, — бог выразительно скосил глаза на горы трупов. — А их, надо сказать, не мало.

Свирепые глаза Циня вспыхнули ярче огней мегаполиса у его ног.

— Что от меня нужно?

— Выясни цель пришельцев, — Синигами задумался, словно придумывал задание асуру на ходу. — Затем убей их всех. Нам не нужны якори из другого времени. Это чревато смешением временных параллелей, а наше настоящее Солнцеликую вполне устраивает.

Цинь обдумывал слова бога.

— А их цель? Что с ней делать?

— Если это живое существо, захвати и доставь ко мне.

— Куда к тебе? — не понял асур.

— Куда-куда, — Синигами закатил глаза, удивляясь незнанию демона. — В загробный мир.