— Ладно, — кивнул он. — Я только надену свитер.

И вышел из кухни, спрятав большие пальцы в карманы джинсов.

Они молча покинули квартиру. Мэтт — в полной готовности окунуться в дождь; Рита — прямо в тонкой кофте и этой своей юбке с разрезом, от которого в голове начинает плыть туман. Нельзя было так пялиться, когда мистер Шетти обратил внимание на внешний вид дочери, но и не обернуться было бы неестественно.

Но чего она хочет? Что за незапланированная акция?

Мэтт остановился возле двери в квартиру и вопросительно вскинул брови. Рита покосилась на дверное полотно, обняла себя за плечи. Хоть бы пальто взяла…

— Давай немного спустимся, — она нервно улыбнулась, но улыбка тут же сползла с губ. — С той стороны уже приклеилось одно ухо.

Мэтт проследил за её взглядом. Это точно. По ту сторону двери наверняка стояла яркая женщина за пятьдесят и прижималась к полотну. Может быть, даже в глазок подсматривала. Рита заложила руки за спину и стала спускаться с лестницы, обвивающей шахту лифта. Её юбка плавно закачалась в такт шагов. Мэтт последовал за ней. Как на веревочке.

Она дошла до площадки в середине пролета, остановилась рядом с парапетом у большого окна. Привалилась к нему и скрестила ноги в голенях. Карие глаза с ожиданием проследили, как Мэтт дошел до нижней ступеньки. И всё-таки чего она хочет? Искрит от неё так же, как и обычно, значит это точно не будет нечто легкое и приятное. Что-то снова случилось. Или продолжает происходить. В квартире установилась относительно нормальная погода: мистер Шетти больше не пытался рычать, миссис Шетти улыбалась и смеялась, как девочка. Но с приходом дочери что-то где-то щелкнуло, переключилось. Если Риту действительно как-то обидел парень с работы, его нужно как минимум протащить лицом по асфальту. Несмотря на то, что она и сама может справиться. Конечно может. Но мужского желания охранять своё никто не отменял.

Мэтт сел на ступеньку, уперся локтями в колени и свесил ладони. Рита скрестила руки на груди. Вряд ли её «я провожу» будет коротким.

— Ну как они? — выпалила она, стрельнув взглядом вверх, туда, где виднелся угол двери квартиры.

Мэтт обернулся через плечо, посмотрел туда же. Снова развернулся к напряженной Рите.

— Ты сама видела. Всё нормально.

— Чем занимались?

— Да ничем, — он пожал плечами. — Мы с твоим отцом не так давно закончили процедуры. Потом твоя мама позвала обедать, потом я спросил, как они познакомились. Дальше ты знаешь.

Это была верная стратегия. Сорокаминутный рассказ об индийских помолвках по сговору и свадьбах полностью лишил разговор пауз. И действительно оказался познавательным. Вообще, если отбросить некоторые моменты, чета Шетти — вполне нормальные люди, но в отношениях с дочерью у них творятся странности.

Рита интенсивно закивала головой.

— Ясно… Ясно…

Она отстранилась от парапета, неспешно зашагала в конец площадки. Дошла до стены. Развернулась. Каблуки застучали в обратную сторону. Мэтт сцепил пальцы в замок и оперся на него подбородком. Пантера мечется в клетке, не иначе. Что же она хочет? Пожалуй, он уже близок к той стадии, когда мужчины делают для своих женщин всю дичь, которую те способны потребовать. Но всё-таки интересно…

— Послушай, — Рита остановилась напротив, снова оперлась о парапет. Одной рукой обняла себя за талию, на вторую машинально намотала длинный шелковый хвост. — Знаю, что это сейчас странно прозвучит, — она снова запнулась. — Я-я-я… я, кажется, хочу предложить тебе еще одну подработку.

Мэтт, потёрся подбородком о сцепленные пальцы. Начало чем-то напоминает то, которое состоялось около месяца назад, в полдень, на её кухне. Там еще была кудрявая Хлоя Лоренс. Кстати, что-то ничего не слышно об этой веселой компании подружек.

— Продолжай, — негромко выронил он.

Рита отпустила хвост. Снова намотала. Тёмный шелк прошел через ладонь.

— Я хочу, чтобы ты оставался у нас подольше и пораньше возвращался вечером. Придумывал какие-то причины не уходить сразу. Или их буду придумывать я. Или… — она неопределенно взмахнула рукой. — Не знаю… — карие глаза наконец открыто заглянули в его глаза. — Это ужасно, но мне кажется, с твоим присутствием всем как-то легче.

Она замолчала и уронила руку, освобождая хвост.

Брови Мэтта взлетели на лоб, сам он медленно моргнул. Создавшаяся пауза оглушила.

Да не может быть… Он всмотрелся в её лицо, в огромные карие индийские глаза. Рита не могла такое предложить. Её безголовые подружки — вполне. Но Рита… серьёзная, деловая, саркастичная Рита… Однако в её взгляде сейчас не отразилось ни капли сарказма и деловитости. Вообще. Только ожидание, затаённое и загнанное.

Она действительно это предложила. И это действительно ужасно.

Мэтт расцепил пальцы, растёр лицо.