– Думаешь, это та же связь? – поняла ее Авока.

– Не знаю. Я даже не знаю, возможно ли это. Но, когда я спасла жизнь Эдрику, связь пропала, – объяснила Сирена.

– Долг был отплачен. Только так это можно объяснить.

– Не знаю, – Сирена все еще не разобралась в этом. – Это возможно. Как еще связь можно убрать?

– Смертью.

– Он умер.

– Но ты его вернула. Все не так просто, и мы многого не знаем о произошедшем с Виктором и Серафиной.

Сирена кивнула. Это было правдой.

– Значит, теперь я связана только с Каэлом.

– Да. Я ощущаю его на всей тебе, – сказала Авока. – Я не сразу поняла, что это было, но вы, похоже, соединили магию.

– Да,– пристыжено прошептала Сирена. – Он сказал, что убил свою любовницу Жардану, чтобы получить сильную магию крови.

– И ты думаешь, что вас соединяет магия крови?

Сирена кивнула.

– Он хотел, чтобы я правила миром рядом с ним.

– Ах, он тебя не знает.

– О чем ты?

Авока оскалилась.

– Тебе не нужен кто–то рядом, чтобы править. Перед тобой задрожат даже горы, когда ты пойдешь в атаку.

Сирена улыбнулась от таких слов. Может, Авока была права. Может, она не нуждалась в мужчине рядом, чтобы править. Но она знала по улыбке на лице Авоки, что у нее всегда будут друзья.

Они добрались до хижины, куда ушли Матильда и Вера. Дом был по соседству с Кэл, и он был одним из самых больших в деревне. Сирена слышала голоса внутри и ворчливые возражения.

– Как сильна магия древних? – спросила Сирена у Авоки. – Я видела только игру Манны со светом на церемонии волка–одиночки.

– Достаточно сильна. Они помогли тебя исцелить. Но все они разные. Их не учили должным образом, но у них много опыта.

– Как Фэн жил так долго с магией, если он в Бьерне? – поинтересовалась Сирена.

– Потому что мы – не часть Бьерна, – сказала Манна, возникая на пороге. Она не горбилась, как в день церемонии волков–одиночек. Она стояла прямее, ее глаза пылали. Она явно правила деревней, что бы ни говорили мужчины.

– Но Алви и Оброн – в Высшем ордене.

– Технически мы существуем в пределах Бьерна. Хотя магический барьер до нас не доходит, наше поселение возникло после последней войны. И наши мальчики вызвались пойти на церемонию Представления Бьерна. Но если корона признает Фэн частью Бьерна – это новость для нас.

– Ох.

– Но вы тут не поэтому. Вы хотите нашу помощь, – сказала Манна. – Мы обсудили все и согласились попробовать использовать магию так, как говорят ваши древние. Наша магия никогда не работала так, как они говорят, и многое для нас в новинку, но если это защитит деревню, мы это сделаем.

– Мы рады вашей помощи, – сказала Авока и коснулась пальцами губ в жесте уважения своего народа.

Матильда и Вера повели их группу к центру деревни, туда, где горел костер для волков–одиночек. Матильда, Вера, Сирена и Авока присоединились к, что поражало, двенадцати древним, и все, кроме двоих, были женщинами разных возрастов. Двое мужчин были близнецами и больше всего сомневались в предложении Матильды и Веры. Похоже, они голосовали, и мужчины проиграли.

Матильда глубоко вдохнула и медленно выдохнула.

– Я давно не видела столько своих братьев и сестер в одном месте.

– Очень давно, – прошептала Вера.

Матильда открыла книгу, и Сирена тихо охнула. Книга была не простой. Это была книга Дома, которую она получила на день рождения больше года назад. Книга направляла ее силы. Она думала, что потеряла ее в Элейзии.

– Мы приберегли ее для тебя, – прошептала Авока.

Матильда и Вера взглянули на открытую страницу и опустили книгу на землю перед собой.

– Благодарим за то, что присоединились к нам, – сказала Матильда. – Наше дело простое. Мы с Верой можем заняться механикой чар. Нам нужна общая сила, чтобы создать нечто прочное.

– Поэтому, пожалуйста, возьмитесь за руки, закройте глаза и потянитесь к связи между вами и вашим соседом, – командовала Вера.

Сирена взяла руки Авоки и Манны. Сирена связывалась силой до этого только с двумя людьми – Авокой и Каэлом. Это ощущалось как нечто личное. При этом такое требовалось только в экстренных ситуациях, которые бывали редко.

Она и Авока тут же соединились силами, а потом Сирена ощутила это. Вокруг нее были другие двенадцать древних, закрывших глаза и поднявших головы к небу. Их тела пылали светом.

Сирена охнула. Вера успокаивающе посмотрела на нее.

Конечно, девизом Дома было: «Верь в тех, чья честь сияет». Потому что Дома сияли. И это было красиво.

Казалось, они были полностью синхронны, магия каждого была созвучна с остальными. Сирена не могла понять их сомнения, если они были так синхронны. Может, они боялись связи с чужаками, а не друг с другом.