Ни воздуха. Ни звука. Ни дыхания. Ничего.

И все прекратилось.

Словно что–то потянулось в небеса и остановило мир.

Она подняла взгляд с места, где сжалась, и увидела фигуру в капюшоне перед собой. Тени окружали женщину, склонялись перед ней. Сирена тут же поняла, что это было создание кошмаров. Ее боялась Серафина?

– Кто ты?

– Твое спасение, – женская изящная ладонь появилась из широкого рукава и коснулась ее подбородка. Рука была ледяной и словно из мрамора. – Приди ко мне.

– Что… что ты такое? Что ты от меня хочешь? – прошептала Сирена.

– Не бойся, – сказала она плавно, будто из–под капюшона звала сирена. – Я закалю тебя как сталь. Сделаю тебя чем–то большим. Такой, какой ты должна быть.

– А если я этого не хочу?

– Тебе понадобятся ответы. Они у меня есть, – ладонь потянулась к руке Сирены. Она перевернула ее ладонь и что–то вложила туда. Она сомкнула на предмете пальцы Сирены. – Ты придешь ко мне. Используй это.

Сирена разжала пальцы и охнула. Она держала золотую монету.

Она оглянулась, чтобы потребовать ответы, но фигура пропала.

И она снова оказалась в плену теней.

* * *

– Ее нужно удержать, – уловила она Матильду сквозь сон. – Если она не перестанет дрожать, это убьет ее.

– Я стараюсь! – закричала Авока.

Сирена ощущала давление на ногах. Что–то тяжелое прижалось к ее плечам.

– Она просыпается, Мати! – закричала Вера. – У тебя получается.

Глаза Сирены открылись, она увидела комнату, полную людей. Глаза болели. Тело болело. Все болело.

Она не могла больше держать глаза открытыми. Они закрылись, и она сильно задрожала. Ее зубы стучали. Ее кожа была жаркой и тяжелой на теле. Словно жар мог порвать ее кожу, оставив ее мышцы и кости открытыми.

Ладонь коснулась ее центра, и холодное давление охватило ее. Словно кто–то налил воды, чтобы потушить огонь. Это было чудесно. Она успокоилась на миг, а потом зубы снова застучали.

Она замерзала.

Потом кричала.

И так по кругу.

Бесконечно.

Кричала.

– Еще!

Волна снова ударила ее, и она освободилась. Как птица. Улетала высоко в небеса.

А потом это пропало. Все пропало. Пропало.

Она вырвалась из хватки на ее плечах, и ее стошнило на ее живот. Рвота кончилась, но позывы продолжались, и она кашляла и давилась желудочным соком, слезы лились из глаз.

Еще удар энергии потек по ее векам.

Прекрасная передышка. Сладкое спокойствие.

Ее рот открыли, туда залили воду. Она отплевывалась, но вода попала в горло. Потом еще и еще.

И все это оказалось на полу.

Дрожь усиливалась, словно она могла сотрясать землю. Словно от ее дрожи могли упасть звезды с неба.

Но звезд не было. Только кромешная тьма ночи. И ее ад.

Она падала в кроличью нору, люди вокруг нее кричали, но голоса были лишены тел. Она не могла дотянуться до них.

А потом все пропали.

* * *

– Создательница! Я тебя поймала, – сказала Серафина.

Они стояли у поместья в горах, вдали виднелся замок Нит Декус.

Сирена вздрогнула, когда Серафина коснулась ее.

– Зачем я здесь? Что ты от меня хочешь?

– Я пытаюсь тебя защитить.

– Тогда расскажи правду. Расскажи все, что мне нужно знать. Я не понимаю, что там происходит. Никто даже не знал, что вы с Виктором были вместе!

Серафина вздрогнула от имени.

– Я пыталась. Ты не знаешь, как сложно переживать те воспоминания с тобой. Самые счастливые моменты моей жизни испорчены тем, что за ними последовало.

– И что последовало?

– Виктор уничтожил меня, чтобы избавить мир от магии, – сказала Серафина. – Эта часть истории – правда.

– Но магия существует. Я – доказательство.

– Да, – Серафина взяла ее за руку. – Да. Она передалась тебе через поколения. Кровь в твоих венах могла проявить силы раньше, но это оказалась ты.

– Почему? – с отчаянием спросила Сирена. – Почему я?

– Бремя избранного – сомневаться в решении Создательницы. Я постоянно спрашивала это же, – сказала Серафина с печальной улыбкой. – В тяжелые времена миру нужен мечтатель, глядящий на звезды, чтобы исправить ошибки этого существования.