– Что теперь будет? – спросил Рив из угла.

Он обвивал рукой пояс Оброна, и они выглядели удовлетворенно.

– Вы можете оставаться в Фэне, сколько нужно, – сказала Авниэлла.

– Боюсь, нам пора в путь, – сказала Матильда.

– Нет, – сказала Сирена.

Все посмотрели на нее.

– Нет? – растерялась Авока.

– Эти люди два месяца оберегали меня в мой самый темный час. Я обязана им жизнью, – сказала Сирена.

Глаза Авоки округлились. Она понимала важность этих слов. Она отдала свою жизнь Сирене, и это связало их.

– В этом нет необходимости, – отмахнулась Авниэлла.

Сирена шагнула вперед.

– Вашей деревне угрожают, ваш народ убивают.

Рион кивнул.

– Призраки.

– Не слушай его глупые истории, – Лейс стукнула сына. – Думай о своей миссии. Мы справимся сами.

– Я бы хотела убрать угрозу вашей деревне.

– Сирена, ты едва стоишь на ногах, – отметил Алви. – Как ты остановишь этих призраков?

Она улыбнулась и коснулась его руки.

– Как мы всегда делаем. Вместе.

37

Призраки

Сирена следующие четыре дня восстанавливала силы, избегала важные разговоры и узнавала все, что нужно, о призраках. Хотя жители почти ничего не могла поведать. Никто с ними не сталкивался. Деревня была между горами и лесом. Если на них и нападали, то намеренно.

Никто не пытался отговорить ее от ее решения после слов о долге, но Сирена знала, что многие переживали за нее. Если Матильда и Вера сказали правду, она не должна была выжить.

Ее тревожило то, что она могла потерять часть души. Это ее так пугало, что она подавила эту мысль в голове.

По одной задаче за раз.

Найти призрака.

Убить призрака.

Спасти народ Алви.

К полудню она услышала новости. Не те, что хотела, но те, что ожидала. Призрак напал, но его жертва смогла сбежать.

Сирена поспешила узнать, что случилось. Она не удивилась, увидев девушку с церемонии волка–одиночки, стоящую с упрямым видом, скрестив руки на груди.

– Ты снова пыталась пойти за мальчиками? – вопила на нее мать. – Ты не можешь смириться с тем, что ты девочка? Не мальчик?

– Я могу сделать все, что и они, даже больше. И у меня есть дары бабушки Маны. А еще я достаточно взрослая, чтобы принимать свои решения.

– Тебе четырнадцать, Калдрева Анамария! – кричала ее мама. – Пока ты живешь под моей крышей, будешь слушаться меня. Уйди внутрь и переоденься.

– Простите, что мешаю, – сказала Сирена.

Женщина побледнела.

– Проливающая кровь, – прошептала она.

Сирена вздрогнула от имени.

– Я могу поговорить с Калдревой?

– Зови меня Кэл, – сказала девушка, минуя маму и шагая к Сирене. – Так делают все мои друзья.

– Создательница! – возмутилась ее мама и ушла, топая, внутрь.

– Рада знакомству, Кэл. Я – Сирена.

– Я знаю, кто ты. Моя бабушка помогла тебе в твоем проклятии крови.

– Она очень добра.

– Хочешь услышать о призраке, напавшем на меня? – спросила Кэл.

Ее ярко–зеленые глаза были большими от восторга. Ее волосы были цвета пшеницы, ниспадали ниже ее плеч. И хоть Сирена видела, что она хрупкая, ее руки и ноги были сильными от постоянного труда. Она не сомневалась в словах Кэл матери. В другой деревне, в другом мире она была бы умелым воином к четырнадцати.

– Да, – сказала Сирена. – Ты же можешь мне показать?

– Конечно! Только лук заберу!

Сирена рассмеялась. Ее энтузиазм был заразительным.

Сирена потянула за связь с Авокой, и пока Кэл ходила в дом, Авока пришла с Алви и, к недовольству Сирены, с Дином. Он кивнул ей, встал рядом, а она не смотрела на него.

– Алви! – вопль Кэл разбил напряжение.

– Эй, выскочка, – он ткнул ее локтем, – все еще попадаешь в передряги?

– Передряги? Это ты научил меня сражаться, кататься верхом и стрелять! Ты создал эти проблемы.

– Мне нравилось смотреть, как ты затмеваешь Оброна.

– Он все еще ужасен с луком, – Кэл сморщила нос.

– Уже почти полдень, – перебила Сирена. – Я бы хотела выследить призрака, напавшего на Кэл, и поискать его логово. Если ничего не найдем, вернемся до сумерек к остальным.