Прифигел на выдаче товара — все мои покупки завернули в серую бумагу. И как я это все должен нести?

— А пакеты у вас есть? — спросил я у девушки-продавца.

— Пакетов нет, — услышал я недовольный ответ.

— А как я это все понесу? — указал я на несколько бумажных свертков.

— Купите портфель, — нагло заявила мне девица.

— Мне пакет нужен, а не портфель, — раздраженно бросил я. От советского сервиса меня уже тошнило.

— Альберт, возьмите пожалуйста, — услышал я женский голос.

Ко мне подошла дама средних лет в темно-синем платье, длиною ниже колена с белым тонким пояском и брошкой на груди. Волосы ее были аккуратно уложены, а макияж естественным.

Она протягивала мне комок тонких веревок.

— Авоська? — догадался я.

— Пакетов у меня тоже нет, — пожав плечами, улыбнулась женщина.

— Спасибо большое, — поблагодарил я ее, забрав сетку. — Я вам что-то должен? — не смог не спросить.

— Нет, конечно, — выражение лица женщины приобрело строгость.

— Извините, — произнес я и, запихав в сетку покупки, поспешил ретироваться.

Интересно, кто она? — думал я, шагая в сторону универа. В голову пришла только версия о преподавателе. Женщина меня явно узнала, а то что она меня с интересом рассматривала можно объяснить удивлением от смены Альбертом имиджа.

Вернувшись в общагу, я первым делом выгреб все бумаги из тумбы. Дипломная работа, на мое счастье отыскалась. Это была копия отпечатанного на машинке текста. Я даже нашел текст речи. Ему я обрадовался нисколько не меньше, чем самой работе. Альберт в отличие от меня разбирался в советском законодательстве и реалиях, поэтому лучше знал, что говорить членам экзаменационной комиссии. Просматривая текст речи, убедился в том, что, как я и полагал, он наполовину состоял из цитат каких-то деятелей, из которых я только о Ленине слышал.

Ладно, заучим наизусть, у меня еще целый день впереди.

Этим я и занимался до самого вечера, пока в комнату не ввалился Грег.

— Ты что с Лебедевой замутил? — обнаружив меня на месте, прямо с порога гаркнул он и только после этого с помощью ноги захлопнул дверь. — Ты чо, дурной? Она же комсорг! Жизнь тебе испоганит. А ведь я еще вчера вас заподозрил, но вы с этой Лебедевой начали мне про аварию втирать. Потом еще эта Юлька. Впрочем, Юлька это не аргумент.

— Опять что-то отмечаешь? — втиснулся я в его словесный поток, да и запах спиртного до меня донесся.

— Да фигня, стопарик на опохмел.

Грег плюхнулся на кровать, привалившись спиною к стене.

— Это конечно твое дело, — продолжил он, явно не желая съезжать с темы, — но я твой друг, а значит должен предупредить — ты совершаешь большую ошибку, — на этом месте он громко испортил воздух. — Вот слышишь, твой друг правду говорит! — не убирая, наведенный на меня указательный палец, он пьяно заржал.

— Грег, а кто распространяет всю эту чушь, ну про то что я с Лебедевой? — не то чтобы меня волновали все эти сплетни, просто достали уже с этой темой.

— Кто? — Красников задумался. — Да все говорят. Ты же с ней в главном корпусе у всех на виду целовался. И вчера вы вместе в нашу комнату завалились. Ее в общаге полно народу видело. Вот Ленка приедет прилетит тебе, Альбертик. — Грег опять заржал.

— В общагу она меня после аварии проводила. Если бы не она, я бы точно где-нибудь по дороге навернулся, — начал я объяснять. Ситуацию надо было как-то разруливать. Мне только скандала перед защитой диплома не хватало. — Поцеловал я ее в знак благодарности, ничего личного. Она мне с материальной помощью хорошо помогла. Откуда я знал, что здесь кругом одни пуритане! — последнее я уже не только для Грега произнес, но и для себя. Надо же было так ложануться. Оказывается, здесь вам не там.

— Ну не знаю, как-то неубедительно звучит. Ленка не поверит, — Красников развел руками в стороны и вновь заржал.

— Да плевал я на вашу Ленку, — устало произнес я. Сказалась и зубрежка дипломной и заезженность темы разговора.

— На твою Ленку, — упер в меня палец Грег.

— Уже не мою. Я ее Лехе передал,

— Как передал?

— Как эстафетную палочку.

Красников икнул.

После утренних процедур, натянув на себя купленные накануне вещи: футболку со светло-коричневыми штанами и сандалии на белый носок, я первым делом отправился в столовую. Грег отказался составить мне компанию, умотав с утра завтракать к какой-то девице, обитающей этажом выше.

В универе, оказалось, была и своя столовая для студентов и преподавателей. Вот туда я и топал, пока не услышал откуда-то из-за кустов громкий шепот.

— Чапыра! Чапыра! Ты что оглох?!

Я остановился и, прищурившись, уставился на изгородь из кустарника, что огораживала дорожку. Оттуда выскользнула женская рука и попыталась втащить меня в куст.

Потерпев неудачу, моя реакция оказалась лучше, владелица руки высунула и голову.

— Лебедева? — удивился я. — Ты чего там делаешь?