Поиски жилья мы решили начать с того самого ресторанчика, где недавно видели имперцев. Я рассудил так: раз Рябина сдавала комнаты над своим кафе, то почему бы подобным образом не поступать и другим рестораторам.

Мысль оказалась удачной. Нет, владельцы ресторана комнаты не сдавали. Но, взяв с меня оплату за легкий завтрак (и убедившись в наличии чаевых) официантка подсказала мне, к кому следует обратиться.

И уже в районе полудня я переступил порог первого в этом мире честно оплаченного (на месяц вперед) съемного жилья.

Новая комната гораздо просторнее предыдущей, да и мебели в ней больше. Теперь, помимо стола и кровати, в моем полном распоряжении были два вместительных шкафа и диван. А также молочного цвета ковер с приятным на ощупь длинным ворсом, постеленный на полу в самом центре комнаты как раз под стандартным шарообразным светильником.

Третий этаж. Из открытого окна доносится давно ставшее привычным воркование голубей. Именно наличие голубей на крыше и привлекло наше внимание к этой комнате.

«Неплохо, – сказал Ордош. – Бедно, но уютно».

«Да, скромно, – согласился я. – Но большего нам пока и не нужно».

От нашей новой комнаты до библиотеки всего пара минут ходьбы.

Как ни странно это выглядит со стороны, но своим вещам я все чаще присваиваю статус «наши», а не «мои», подразумевая не только себя, но и Ордоша. «Моими» оставались пока лишь глупые поступки, совершать которые колдун мне не помогал, но и не мешал. Одним из таких поступков Ордош считал мое согласие лечить синюшку.

Едва я вышел из здания префектуры, где с превеликим трудом смог убедить чиновников осчастливить меня (за мои золотые монеты!) абонементом в библиотеку, как ко мне подбежала розовощекая девчушка с серьезным взглядом и тряпичной куклой подмышкой, вручила записку от Гадюки. Лидер банды уже знала, где я живу. Просила вечером оставаться дома: за мной приедут. Первый сеанс благотворительного лечения Гадюка наметила на сегодня.

Я посмотрел на зажатую в руке записку, позволил Ордошу убрать ее в карман, где минутой раньше исчез библиотечный абонемент.

«Для охоты за знаниями сегодня осталось не так много времени. И есть хочется», – сказал я.

«Даже не думай отлынивать! – сказал Ордош. – И прекрати эти намеки. В библиотеку мы пойдем. Прямо сейчас! Даже за пару часов мы сможем узнать там многое».

***

– Информация о накопителях? – спросила у меня библиотекарша. – Зачем она тебе, мальчик? Всему, что связано, как говорится, с рунными схемами, учат в Академии. Такое преподают только у нас, в Залесске. И только в нашей Академии, как говорится, можно найти литературу на эту тему.

– Рунные схемы? – спросил я. – Что это?

– То, что, как говорится, используют для создания любых приборов, в том числе и накопителей.

– А книги об этих схемах или о рунах?..

– А вот кое-какая литература о рунах, как говорится, у нас есть.

Не дожидаясь моей просьбы, молодая женщина поспешила в закрома библиотеки.

«Это не руны», – сказал Ордош.

Я перелистывал похожую на учебник для детей книгу, позволяя колдуну сохранять в нашей памяти записанную на ее страницах информацию. Делал это быстро. Сам успевал замечать лишь картинки.

«Почему ты так решил?»

«Руны – это то, что нарисовано у нас на животе, – сказал колдун. – Они двухмерные. Во всяком случае, те, с которыми я сталкивался. А то, что называют рунами здесь, если верить этой главе в школьном учебнике, имеет трехмерное строение. Их тридцать три. Ни о чем тебе эта цифра не говорит?»

«Трехмерные? Ты намекаешь на магический алфавит? Но ведь в нем двести шестьдесят букв», – сказал я.

«Но именно тридцать три основные, – сказал Ордош. – А двести двадцать семь – вспомогательные или, как их еще называют, вторичные. Именно из букв магического алфавита состоят все плетения, которыми пользуются в моем мире и мире твоего архимага».

Прислушиваясь к словам колдуна, я не переставал переворачивать страницы.

«Но у них здесь не используют заклинания».

«Зато местные знакомы с магическим алфавитом, – сказал Ордош. – С урезанной его версией. Я думаю, здесь известны лишь главные его буквы».

«А куда делись остальные?» – спросил я.

«А мне почем знать, дубина? Эти вопросы мы можем выяснить только в местной Академии».

«В книгах Северика я читал, что составлять заклинания людей научили боги. Якобы, когда-то они общались с людьми и обучили тех своему письму, познакомив с магическим алфавитом».