Воспоминания об ухе, которую я раз в год в летнее солнцестояние варил Северику, наполнили мой рот слюной.

«Я хочу ее попробовать!» – сказал Ордош.

«У нас здесь нет кухни. Не на костре же мне ее варить? Но как-нибудь обязательно приготовлю, обещаю».

– Я? Вы меня с кем-то путаете.

– Только не надо врать! – сказала одна из женщин. – Я не видела твоего лица. Но запомнила твою обувь. Кроме тебя так сапоги никто не носит. Только ты их по-уродски подворачиваешь.

Я узнал ее. Та самая охранница, что сидела с книгой в доме Кошки. Значит Ордош, и правда, не убил ее. Признаться, когда уходил тогда из особняка, не проверил, оставил ли колдун эту девицу в живых. Я о ней попросту позабыл, находясь под впечатлением от того, что произошло в спальне.

– Почему по-уродски? – спросил я.

А ведь ее слова меня обидели. Что-то часто стал обижаться. Словно ребенок.

«Вот видишь, к чему приводит ненужная доброта? – сказал Ордош. – Нельзя оставлять живых врагов. В следующий раз могут просто выстрелить в спину».

Все три пулемета упали на пол. А следом за ними на ковер повалились женщины. Я не спрашивал, что произошло: почувствовал отголоски заклинаний колдуна.

Прикрыл дверь. Задвинул засов.

«Нужно поставить защиту у порога, – сказал Ордош. – Чтобы не ходили сюда посторонние, когда нас нет дома. Позже придумаю что-нибудь».

Я обвел взглядом комнату. Здесь явно устраивали обыск: дверки шкафов распахнуты, кровать и диван сдвинуты. Но никаких разбросанных по полу вещей: все наше с колдуном имущество я по-прежнему хранил в пространственном кармане. Пострадала только подушка; радует, что уцелела.

Посмотрел на женщин. Те лежали неподвижно, уткнувшись лицами в ворс ковра. На всякий случай ногой отодвинул от них пулеметы.

«Как они нас нашли?» – спросил я.

«Дубина! – сказал Ордош. – Ты единственный мужчина в этой части города. Отследить твое перемещение несложно».

«Не подумал об этом. Что мне теперь с ними делать?»

«Сейчас объясню».

Трижды нагрелась руна.

Над ковром, куда упали женщины, взметнулось облако зеленоватого дыма. Запахло тухлыми яйцами. Я зажал рукой нос, метнулся к окну, открыл его нараспашку.

«Что это?» – спросил я.

«Знаю, запах мерзкий. Потерпи. Сейчас выветрится».

Струйки дыма потянулись к окну. Я отпрянул в сторону, не желая оказаться на их пути. Продолжал дышать через рот.

«Предупреждать нужно!» – сказал я.

Когда зеленое облако рассеялось, я увидел посреди комнаты три одетых человеческих скелета.

– Твою налево! Ты что творишь?! С ума сошел?

«Не кричи, – сказал Ордош. – Их нельзя было оставлять в живых. Они собирались тебя убить. Так что, или ты их, или они тебя».

«Это я понимаю. Но зачем так?! Почему нельзя было превратить их в порошок, как тогда в кафе?»

«На этих дамочек у меня есть планы. Пора нам готовить материал для нашего маленького боевого отряда».

«Какого еще отряда?» – спросил я.

«Преданного и послушного, – сказал колдун. – Прекрати болтать! Займись делом».

«Каким?»

«Кости упакуй в три свертка. И смотри, не перепутай комплекты! А то буду потом мучиться».

«Я тебе это припомню, колдун! Я не злопамятный, но такое не забуду».

«Шевелись! – сказал Ордош. – В любой момент могут явиться люди Гадюки».

«Вот и помогут».

«Ты костей боишься?»

«Не боюсь я ничего, – сказал я. – Но заниматься такими делами после ужина не доставляет мне удовольствия».

Я едва успел упаковать останки кошек до того, как с улицы донесся топот копыт, скрип колес и громкие женские голоса.

«Что там?»

«Не знаю. Пулеметы заверни в ту майку».

Сверток с пулеметами исчез в пространственном кармане. Туда же чуть раньше Ордош отправил три комплекта завернутых в одежду костей.

Я распрямил спину.

«Все».

«Успел. Молодец».

Из-за двери доносились голоса и топот поднимавшихся по лестнице людей.

«Кошки или гадюки?» – спросил я.

«Сейчас узнаем».

Сильный удар выбил дверь, повалив ее внутрь комнаты.

***

Вслед за дверью в комнату ввалились сразу пять женщин с пулеметами. Гадюки. Рассредоточились по комнате. Одну из них, с короткой стрижкой и шрамом на виске, я узнал – Астра.

– Г…где они?

Астра остановилась в центре ковра. Там, где еще несколько минут назад лежали скелеты.

– Кто? – спросил я.

Наблюдал за тем, как женщины осматривают комнату.

– К…кошаки.

Я хотел высказать предположение, что кошки могут прятаться в уборной. Но одна из гадюк уже заглянула туда. Повернулась к Астре, покачала головой.