Шрифт:
– Ты поэтому решил помолодеть, тля?! – окрысился Плацента.
– Продолжай, Кобольд, - обратился к Фырдузу Конклав, игнорируя жреца и полугоблина.
– Я бы хотел попросить, но... у вас этого заклинания нет, - смущенно сказал Фырдуз. – Оно у... у господина Орказарока.
– Что? – резко повернулся скучающий дракон.
– У нас в Кобольдаланде недавно закончилась война! – торопливо стал объяснять Фырдуз. – А до этого мы еще жили в оккупации! У нас там очень голодно сейчас! Можно мне заклинание Пищи?.. Оно в Рваном Криабале...
– Не отдам, - отрубил Орказарок.
Хаштубал с отвращением дернул щекой. Дальний родич по матери вызывал у него жгучую неприязнь.
– Если ты так волнуешься о своих сородичах, вам поможет эльфийское сообщество, - сказала Галлерия. – Я лично обещаю снабжать вас продовольствием, пока вы не встанете на ноги.
Фырдуз опустил глаза. Он не хотел делать кобольдов обязанными еще и эльфам. И так уже задолжали и цвергам, и Мистерии и, что особенно скверно, лорду Бельзедору.
Этак завязнешь в долгах по уши – и, глядишь, одна оккупация просто сменится другой...
Он не отказался, конечно. Глупо отказываться. Но и на Конклав продолжал смотреть с надеждой – а семиглавый лич напряженно размышлял.
– Кажется, Мы Знаем, Какое Заклинание Поможет Твоей Стране Больше, Чем Банальная Пища, - наконец произнес Конклав. – Съедобная Масса. Это Заклятие Превращает Любую Однородную Субстанцию В Другую Однородную Субстанцию – Но Съедобную. Камень, Глину, Песок – В Хлеб, Сыр, Шоколад. Можно В Очень Больших Количествах.
– Это... наверное... звучит здорово... – заколебался Фырдуз. – Но... все эти субстанции ведь не однородные на самом деле... Камень никогда не бывает просто камнем... Это много разных пород...
– Оно Превратится, Как Будет Нужно, - чуть суховато произнес Конклав. – Волшебство Сработает, Не Сомневайся.
– Хорошо, я возьму, но...
– Если Тебе Что-То Не Нравится, Ты Можешь Получить Другое Заклинание, - терпеливо сказал Конклав. – Черный Свет. Во Времена Парифатской Республики Его Использовали Для Заселения Подземных Территорий. Оно Позволяет Растениям Расти В Темноте. Как Если Бы Они Испытывали Воздействие Солнечных Лучей.
– Но это будет очень долго... – виновато ответил Фырдуз. – Мы можем и сами себя прокормить, просто сейчас у Кобольдаланда трудные времена... Нам бы их пережить, а потом мы и без волшебства как-нибудь справимся...
– Ладно! – внезапно рявкнул Орказарок. – Ладно! Я снова одолжу тебе Рваный Криабал, гнусное мелкое создание! Пользуйся им, пока... пока он не перестанет быть нужным! Но потом вернешь!
Драконья лапа разжалась, и прямо в руки Фырдузу упала так хорошо знакомая ему книга. Тот недоверчиво захлопал глазами.
А потом часто-часто закланялся.
– Как Пожелаете, - чуть уязвленно произнес Конклав. – Проси Теперь Ты, Юная Титанида.
– Мне не нужны никакие подачки, - бросила Имрата. – Особенно от волшебников Парифатской империи. Все, что я хочу – обрести свой жребий. В Криабале есть такие заклинания?
– Таких Нет. Но Ты Же Уже Его Обрела. Разве Ты Еще Не Поняла Этого?
– Ты ничего не знаешь о титановых жребиях, нелепая куча костей, - фыркнула Имрата. – Не говори о том, о чем ничего не знаешь.
– А Ты Ничего Не Знаешь О Вежливости, - холодно сказал Конклав. – Разве Мы Ошиблись Сейчас?
– Да!.. Нет!.. Может быть!.. Я не знаю!.. Я еще не уверена!.. Не окончательно!..
– В Криабале Есть Заклинание Безмятежности. Не Хочешь Себе Такое?
– Нет. А со своим жребием я сама разберусь. Но... одну страницу я все-таки хочу. Титанова Погибель. Отдай мне ее.
– Это Очень Опасное Заклинание.
– Знаю. Оно убило мою мать.
Конклав на секунду задумался, а потом завертелся. Напротив Имраты оказался череп Даскомедаля, Красный Криабал раскрылся – и желаемая страница легла ей в руки.
– Спасибо, - кивнула титанида. – Я заберу его и спрячу там, где оно больше не навредит ни одному титану. Ну разве что...
– Ты не сделаешь этого, - спокойно сказал Бельзедор, на которого она покосилась.
– Не сделаю, - угрюмо согласилась Имрата. – Титаны не убивают титанов.
– Даже не из-за этого, - возразил Бельзедор. – Прислушайся к своему сердцу – и ты осознаешь то, о чем давно уже догадывалась.
– Это что же?
– Я твой брат, Имрата.
– Что-о-о?.. – не поверила ушам титанида.
– Бельзедор, ты опять начинаешь эту волынку? – устало помассировал переносицу Медариэн. – Ты и меня братом называл при первой встрече.
– И меня, кажется... – вспомнил Локателли. – А, хотя нет, меня он называл сыном.
– Он со всеми героями Парифата в родстве, если ему верить, - хмыкнула Галлерия.