– Игнорируйте запросы, – сказал Лехэйн.

К этому моменту в космосе было уже слишком много капсул. Перестрелять их все до того, когда хотя бы одна из них выйдет за пределы зоны глушения и передаст сигнал бедствия, стало невозможно. Теперь ниды не могли расстрелять «Неверленд», не рискуя при этом развязать войну. Лехэйн не возражал еще немного позлить их.

– Ниды открыли огонь, – сказал Пикс и переключил видеотрансляцию на монитор Лехэйна.

– По нам? – спросил тот.

– Еще нет, – сказал Пикс. – Похоже, они охотятся на капсулы.

Лехэйн наблюдал за беззвучно стартующими с канонерки ракетами, траектории которых через насколько секунд заканчивались вспышками там, где они настигали свои цели.

Давай же, Крик, подумал Лехэйн. Постарайся прорваться.

– Твою же мать! – воскликнул Пикс, не отрываясь от монитора.

– Что такое? – спросил Лехэйн.

Пикс посмотрел на капитана, расплываясь в широченной ухмылке.

– Вы мне не поверите, – сказал он и перебросил картинку на монитор Лехэйна.

Тот взглянул на экран. Пикс был прав. Он не поверил бы, если бы не увидел собственными глазами.

Через экран плыл крейсер ОНЗ, раза в три превосходящий канонерку Ниду размером.

– А вот и кавалерия, – сказал Лехэйн.

* * * * *

В момент старта Крика дернуло вперед. Робин закричала от неожиданности, ужаса и благодарности. Последние несколько секунд сопровождались невероятно загадочными звуками; за взрывами последовал оглушительный треск, за треском приглушенные крики, за криками – хлопок и вой торнадо, за торнаду – полнейшая тишина, а затем капсулу отбросило от «Неверленда». В жизни Крика хватало волнительных моментов, и среди них – те два дня на равнине Паджми, но последние несколько минут определенно прорвались в первую пятерку.

Крик отстегнулся от кресла и подплыл к иллюминатору. За ним он увидел окно прогулочной палубы, закрытое аварийной шторой.

– Вот же сукин сын, – произнес он с восхищением. – Он выкинул их в пустоту.

Если они проживет достаточно долго, обязательно надо будет поставить Лехэйну выпивку.

Включились движки; Крик втянул себя обратно в кресло и стал дожидаться, когда они умолкнут. Как только это произошло, он снова отстегнулся и вернулся к иллюминатору.

– Что видно? – спросила Робин.

– Капсулы стартуют с «Неверленда», – сказал Крик. – Туча капсул. Хочешь взглянуть?

– Нет, наверное, нет, – сказала Робин. – Невесомость как-то не очень хорошо действует на мой желудок.

Крик заметил вспышку света где-то на периферии обзора, и тут же еще одну, ближе к центру.

– Охохо, – сказал он.

– Что? – спросила Робин.

– Кажется, ниды остреливают капсулы, – сказал Крик.

– Ну а что им еще делать, – сказала Робин. – Мы до сих пор живы, Гарри. И это никуда не годится.

В голосе ее прорезалась нотка отчаяния, и вряд ли ее можно было за это осуждать.

Еще одна вспышка, на сей раз гораздо ближе, и сразу за ней другая. И третья, меньше чем в километре от них.

– Пожалуй, все же посмотрю, – сказала Робин и принялась дергать ремни. – Оказывается, когда сидишь, ничуть не легче.

– Возможно, тебе стоит остаться на месте, – сказал Крик.

– Почему это? – спросила Робин.

Крик как раз собирался ответить, когда почти все поле зрения заняло нечто огромное.

– Не имеет значения, забудь, – сказал Крик. – На это тебе совершенно точно стоит посмотреть.

Робин отстегнулась и подплыла к иллюминатору.

– И на что же я смотрю? – спросила она.

– На очень большой корабль ОНЗ, – сказал Крик, показывая пальцем. – Прямо перед нами. И очень вовремя.

– Что ты хочешь сказать: как раз вовремя? – спросила Робин. – Как раз вовремя было бы до того, как мы сбежали с «Неверленда». По мне так он здорово опоздал.

– Уж поверь мне, – сказал Крик и снова посмотрел в иллюминатор, высматривая гибнущие капсулы. Он не увидел ни одной. – Он именно что вовремя.

Капсулу сильно встряхнуло.

– Что это было? – спросила Робин.

– Атмосфера, – сказал Крик. – Мы на пути к поверхности Чагфана. Пора пристегиваться, Робин. Сейчас нас немного потрясет.

Глава 15

По одной из тех случайностей, которые выглядели бы абсолютно смехотворными, не произойди они взаправду, капсула Крика и Робин стартовала с «Неверленда» практически в тот самый момент, когда клан ауф-Гетаг лишился единоличного права проведения церемонии коронации. За этим последовал государственный переворот такой стремительности и такой почти балетной грации, что узнай о нем Медичи, Борджиа и им подобные по всему простраству-времени, они поднялись бы из могил, чтобы отметить его стоячей овацией.