— То есть, ты предпочла любовника дочери? — всхлипнула Бекки, даже не представляя, как можно сопоставлять такие вещи. Неужели бы не принял, если уж у них такие же чувства, как у нее к Заккари? Неужели они важней собственного новорожденного дитя, нуждающегося в матери?

— А вот дальше меня лучше поймет сам Зак, правда? — горько усмехнувшись, Лили все-таки продолжила, — Я уже видела, как Зет «любит» детей. И знала его дальнейшие планы на сына. О, он бы порадовался приемной наследнице, не сомневаюсь… Вот только меня это не устраивало.

— Да чёрт возьми, какие планы?! — взорвалась Бекки, не в силах больше слушать этот бред и вырывая руку из хватки Гранта, — Заку и пяти лет не было, хватит нести чушь! Ты просто хотела от меня избавиться, чтобы спокойно прибежать к своему хахалю, давай, признай это! Хватит ломать комедию! — тяжело дыша, она закончила свою тираду, и Лили явно была разгневана таким выпадом.

— Бек… — попытался вразумить ее Зак, уже понимая, что имела в виду Стоун Он не помнил, когда начались побои — казалось, они с ним всю жизнь. А потому вполне мог представить, как отец делится с любовницей грандиозными планами воспитания «наследника». Лили поступила мерзко, это правда. В идеале она могла просто исчезнуть вместе с ребенком, сменить фамилию, выйти за того же Чейза… Но. Большое, жирное но. Сети Гранта — не то, что можно легко разорвать. Он понимал, потому что сам бы ни за что не отпустил свою девочку, что бы она не сотворила.

— Что?! Я не желаю слушать, что эта женщина якобы думала обо мне! Она любит лишь себя!

«И его», — грустно подумалось Заку.

— А ну-ка, заткнись, маленькая глупая девчонка! — не смогла больше терпеть этот концерт Лили, вскакивая со стула, — Ты просто наивная и безумно далекая от жизни Змей! Посмотри на своего защитничка, давай, обернись на себя! Ты такая же. В точности. Пошла по моей дороге, и укатишься вниз также быстро, как я. А с меня хватит этих обвинений, — она вдруг прошествовала мимо них, стуча каблуками по деревянному полу.

— Стой! — слабая попытка остановить, — Лили, ты должна остаться тут, в городе небезопасно! — но слова Зака утонули в очередном яростном выпаде:

— Да я лучше сдохну рядом со своим мужчиной, чем буду слушать эту неблагодарную дрянь, — и, хлопнув дверью, вышла под проливной дождь без зонта.

— Черт возьми, — выругался Зак, понимая, что идти за ней и бросить Бекки он не может. Что ж, остается надеяться, что Лили ничего не ждет в городе, ведь угроза была не в ее адрес и даже не в адрес отца. Голову разрывали противоречивые мысли, все былые догадки потихоньку становились на места. Подумать хорошенько ему не дал шумный жалобный всхлип, мгновенно отрезвивший, — Малышка…

Он шагнул к ней, зябко обнимающей себя за плечи, и притянул к себе, позволяя уткнуться лицом в грудь. Рубашка тут же немного намокла, но его больше беспокоило состояние Бекки. Её трясло, слезы не прекращали бесконтрольным потоком бежать по щекам. Обняв девушку покрепче, Грант глубоко вдохнул аромат печеных яблок от светлых и чуть влажных после дождя волос.

— Она… Она просто… Джаг, да как вообще так можно…

— Лили тебя защищала, — теперь он мог утверждать наверняка, вот только не был уверен, что Бекки правильно поймет, — Собираясь вернуться к отцу, она понимала, в кого он превратит тебя. В подобие меня самого. Она считает, что подарила тебе нормальное детство, нормальную жизнь.

— Она выбрала не меня, — осталась при своем мнении Бекки, и в груди отчаянно защемило. Почему же так больно? Почему так ужасно тошно… Втянув в себя пропитанный табаком и цитрусом воздух, она прикрыла глаза, пытаясь успокоить кипящую в венах злость и обиду. Легкие затопило любимым коктейлем, самая капелька облегчения помогла чуть-чуть разжать тиски вокруг горла. Обвив руками крепкий мужской торс, Бекки все тесней придвигалась к нему, пытаясь раствориться в излучаемом тепле.

Зак не знал, что сказать. Да и не умел он успокаивать девушек, тем более, в таких противоречивых ситуациях. Все, что мог — несмело поглаживать дрожащие плечи, позволять пальчикам гулять вдоль своей спины и прошептать:

— Просто выкинь ее из головы, Бек. Не давай ей лезть в твою жизнь. Я с тобой, малышка. Что бы не случилось. Всегда.

Она подняла на него замутненный слезами взгляд. Так нуждалась в его поддержке, этих руках, без которых, казалось, развалится. Необходим до дрожи, как единственная опора, единственное, что держит на плаву и не дает захлебнуться в своих чувствах, жалящих куда-то в самый центр груди. Больно. Так хочется, чтобы боль ушла…

Совершенно не думая, что она делает, Бекки обхватила его лицо руками и притянула к себе, ловя пересохшие губы с еще не зажившей до конца ссадиной. От первого же касания ток пронесся искрами по коже, но самое главное — тепло. Жадно впитывая в себя его вкус — табак и амаретто — она чувствовала, как согреваются понемногу все клеточки тела, как крошится по маленькой пылинке камень на сердце от предательства матери.

Все хорошо — потому что Заккари здесь.

Он был безмерно удивлен такому неожиданному напору, но и мысли не возникло возражать. Не умеет утешать, так отвлечь точно в состоянии. Он ощущал исходящие от Бекки горячие волны столь острой потребности, что пальцы сводило от желания перехватить инициативу. Но малышке нужно унять свои взбесившиеся нервы — и Зак был готов дать ей свободу. Собирая в кулак собственный пиджак на ее спине, он поражался тому, какой жадной и страстной может быть его девочка-радуга. Глубокий поцелуй, сплетаясь языками и обжигая короткими выдохами, становился все голодней. А пальчики Бекки опустились к вороту рубашки, без тени сомнения расправляясь с первой пуговицей.