— В общем, да, — с подозрением косясь на госпожу Греф, подтвердил он.

— Мы новым договором втянем оборотней во все наши дела. Нам надо осваивать сопки, использовать реки, а там, между прочим, есть рыба, жемчуг и мельницы ставить можно. Вместе мы договоримся с морским народом и, опять же, будет рыба, а это не только мясо, жир, а ещё и клей. Солеварни нам не помешают, кость морских животных, водоросли… да мало ли что! Во всё втянем оборотней, они просто не знают ещё, что хотят, а мы добротный уютный дом поставим нашей Артюше. Поможем ей с хозяйством, ни один ребёночек у неё не замёрзнет, все вырастут умненькими, здоровенькими, потому что у них будет тепло, разнообразное питание, да при надобности, помощь лекаря из крепости. Всего того же захотят все оборотни. Захотят? — грозно спросила Грася.

— Так кто ж такого не захочет? — поспешил снова согласиться кузнец.

— А чтобы всё это получить, надо заработать денежку, а деньги можно заработать, только помогая людям, — вывела мысль девушка.

— Хитро! А моя Артюша, значит, примером будет? — сообразил мужчина.

— Вроде того, но мы ещё что-нибудь придумаем, чтобы показать, что жить лучше — это хорошо.

— Вожак оборотней женат на нашей лэре, и она немало сделала для их комфорта, только что-то никто из оборотней не стремится денег заработать.

— В том-то всё и дело, она им помогает задарма. Они её боготворят, ждут очереди, но можно же и самим! Они сейчас как мы, ждём всегда помощи из столицы, а я предлагаю всё взять в свои руки. Сечёте разницу? Через Артемию вы будете продвигать наш план. Вы- как кузнец, пошлёте сыновей за новыми рудами, вам понадобятся помощники в их освоении, так почему бы не оборотни?

— У нас и своим работы не найти, — буркнул кузнец.

— Хорошо, но если оборотни начнут ставить дома, сколько всего понадобится? Одной кузни на город не хватит.

— У нас пять кузниц.

— И десяти не хватит, — отрезала Грася. — Мы первые начинаем развитие, наш товар понадобится и тем, кто севернее нас. Гвозди, подковы, сани, задвижки, шпингалеты, ножи, лопаты….

— Озадачили вы меня, госпожа Греф. По-королевски мыслите, масштабно.

— Начинать будем с Артемии. Ей все будут помогать, чтобы показать, как хорошо умеют жить люди. Она не лэра, всё бесплатно раздавать не будет, но, всё же, девушка совестливая. Лучше и не придумать.

Кузнец вздохнул, потеребил бороду.

— Но, все же, оборотень, это как-то…

— Да вы что же это — расист?!

— Что же вы сразу обзываться?

— А то! Внуки у вас будут крепенькие, живенькие, пушистенькие. Знаете, как нервы успокаивает, когда руки в меховушечку запускаешь и почёсываешь таких милашек?

— Кхм, не знаю…

— В общем, вы не последний человек в городе и в ваших интересах, чтобы браки между людьми и оборотнями стали частыми. Тогда и проблемы подрастающих малышей сделаются общими, никто пальцем тыкать не будет. Это всё надо предусмотреть, внушить, узаконить, — уже поднявшись, строго, внятно и громко, словно на митинге, закончила девушка.

— Надо подумать, — всё же не стал обещать ничего конкретного кузнец.

— Думайте. Артюша выступать будет, а если ей жених не по нраву придётся, то никто принуждать не будет, в конце концов, у неё отец есть, её заступник и надёжа!

— Это правильно, малышку свою обижать не дам, — на том и распрощались с кузнецом, довольные друг другом.

Грася вздохнула и подумала: «До чего же я могу быть каверзной!», улыбнулась и успокоилась, она же для всех старается.

Пришлось поспешить и продолжить репетицию.

Артюша должна блистать! Песня у неё наглая, возбуждающая, яркая и беспринципная. Музыка резкая и захватывающая. Лиоль играла на грани своих возможностей, и Грасе даже показалось, что инструмент вырос в размере. Во всяком случае, под мышку он уже не помещался при транспортировке.

И вот уже в зале девушки выстроились в ряд и под звуки музыки Артемия, высоко подняв голову, делала шаг вперёд и низковатым, с лёгкой хрипотцой голосом вещала зрителям, потихоньку продвигаясь дальше (всю эскападу Грася затеяла под тюремное танго из фильма «Чикаго»).

— Меня растили, с любовью и нежностью, меня учили быть отличной хозяйкой, теперь я выросла и жду, когда мне встретиться достойный меня мужчина, но его всё нет, и нет.

Девушки, делая по тягучему шагу вперёд, подходили к Артемии и резкими, обрывающимися фразами, начинали ей подпевать:

Я так прекрасна

И не согласна,

Что дома я сижу одна.

Меня бы замуж,

Отдать пора бы,

А то дурею со скуки я!

Дальше Артемия продолжала томно рассказывать, какой ей нужен муж, а потом ей снова подпевали девушки. Очень много сомнений вызывал этот номер, но было в его простоте и резкости что-то манящее, от чего всякий смотрящий не мог оторваться и забывал, как дышать.