На морозе чуть не сгубили барабаны, но вовремя заметили, что натянутая шкура повела себя странно, и замотали их, а дальше держали в домике. Сцена Грасе понравилась, медные чаны, стоящие плотным рядом были забиты либо горячими углями, либо активированным горюч-камнем и давали достаточно тепла для артистов.

Оборотни начали собираться задолго до полудня и с любопытством смотрели на сооруженную сцену, проходились по горке, сделанной для зрителей, но стеснялись спрашивать, что это. Люди хлопотали, на вопросы не отвечали, торопились закончить приготовления и тихо злорадствовали. Уже все в крепости догадались, как будет выигрывать состязание госпожа затейница, более того, поползли слухи о предстоящем развитии торговых отношений, но все свято хранили тайну.

Народ располагался на стенах крепости, ворота не закрывали. Оборотни, если хотели, могли прогуляться по городку Варса. Служивые показывали, где приготовлены места для гостей и объясняли, куда надо будет смотреть. Некоторые из оборотней восклицали:

— Так это что ж, нам ярмарочное представление показывать будут?

Но им ничего не отвечали, только загадочно улыбались, или говорили так:

— Может и представление, нам почём знать? Нас не приглашали.

В первых рядах поставили сильнейших оборотней, среди которых лэр-в с теплом поприветствовал невысокую, очень миловидную женщину.

— Это лэра, она у нас когда-то давно тут жила, вы её комнаты теперь занимаете, — пояснила женщина-помощница.

Но Грасе сейчас было важнее всего, чтобы в первом ряду обязательно находился брат вожака, Альрик. Как только она его там увидела, так сразу успокоилась.

— Ну, начали!

Зрители, торчащие на стенах внешнего периметра, ничего не видели, сцена в форме ракушки закрывала им обзор полностью, она же не давала музыке и голосам разносится по просторам, а устремляла все звуки на впереди сидящих зрителей. Зато людям было хорошо видно, как оборотни реагировали на представление.

Сначала они радостно покричали, увидев, как танцуют девушки, потом притихли после спокойных «динь-динь-динь» в исполнении Граси, а дальше барабаны сорвали напрочь их спокойствие.

Оборотни сразу поддались ритму и, с ним в такт, кто кивал, кто стучал ногами, а когда пошли частушки, то девчонкам подпевали, слёту запоминая повторяющиеся слова.

Дальше наблюдатели за реакцией зрителей путались в показаниях, обозначая какого размера у хвостатых были глаза. Люди позднее тоже услышали орочий марш про зайца и реагировали почти так же. Марш пришлось исполнить два раза подряд. На третий, весь хищный народ подпевал мужскому хору, а девчонки с трудом старались соответствовать обрушивающейся со всех сторон мощи басов.

Все смеялись, когда слушали шуточную песню про холода, подпевали слова: «Ну почему ко мне ты равнодушна».

Стоит ли говорить, что нахальную песню про поиск жениха разогретые зрители приняли на ура. И да, если бы жених Маришки не утащил её сразу же в домик, то и дочь градоначальника нашла бы себе нового поклонника.

Грася попала в яблочко! Когда Альрик подскочил к Артемии, предлагая себя в мужья, она двинула ему (так) по наглой морде так, что «многотонный» оборотень птичкой прилетел обратно в первые ряды (обратно). Мужчины, особенно медведи, оживились, но тут же все услышали рёв:

— Моя!!! — любовь была вбита в Альрика крепкой Артюшиной рукой навеки.

Грася скромно улыбалась, прижатая к мужу, а когда представление закончилось, она вместе с лэр-вом Линеем подошла к вожаку оборотней. Командующий обратился к гостям:

— Очень приятно вновь увидеть вас, лэра Ронг, — тепло поприветствовал он жену вожака, — и вас, альфа Ронг. Знакомы ли вы с условиями состязания?

— Знакомы, и что? — не совсем ещё понимая, спросил оборотень, а его жена улыбалась. Она догадалась обо всем сразу, как увидела сцену, но подсказывать мужу об уловке, в которую он попадёт, не стала. Слишком упёртый народ эти оборотни. Всё их заставлять надо, пойдут только за сильным. Менять свою жизнь тоже начнут, только если их заставить. Как большие сильные дети, вроде и понимают, что многое им пойдёт на пользу, но уступить и научиться у того, кто физически слабее, ни за что не согласятся.

Сколько лет ей приходится исподволь учить мужа жизни среди людей, хоть и умный мужчина, а тоже, бывает, упрётся и ни в какую. Пока лэра Вера Ронг спокойно поглаживала мужа по плечу, лэр-в пояснял, что сейчас произошло.

— Вот наша спорщица, она обещала, что по её велению, по её хотению оборотни будут делать то, что она покажет. Госпожа Греф, они у вас топали?

— А как же!

— Хлопали?

— Ещё как! У меня и запоют, и затанцуют, если я захочу, — задорно ответила Грася.

Если бы жена главы не рассмеялась, то Ронг, наверное, порвал бы своего дурного брата, связавшегося с девчонкой. И ещё ведь дома убеждал, что у него всё продумано, как он состязаться будет, какую фору самочке даст.

Правильно Вера говорит, что учиться до старости не стыдно, мир слишком разнообразен, чтобы считать себя умнее всех и отгораживаться от него.

Хороший повод пересмотреть кое-что в договорах, а то его снежинка скучает среди снегов, хочется ей и новости узнавать, и с людьми общаться. Надо только поторговаться, не упустить ничего важного. И он, усмехаясь, ответил: