— У тебя нехилые перспективы! — подмигнула ей Юлька.

— За ними выскочила женщина. Если те бежали, как ошпаренные, то эта бежит на мировой рекорд. Мамоньки! Да это же тетя Аня. Тетя Аня вырывается на улицу, но бегуны, скрывшиеся в автомобиле, находятся слишком далеко, чтобы ее заметить. Тетя Аня пробегает десять метров, чувствует поражение, сдается и, перейдя на спортивную ходьбу, возвращается в здание. Ну, я поехала дальше, догонять. Наверное, пойду я не в медицинский, а на следователя учиться, — доложила Ванда.

Юлька едва успела повесить трубку, как из кабинета вышла Амалия и прошествовала в кабинет Доминики.

— Сейчас папа домой вернется. Я побежала, узнаю все, — шепнула Диана Юльке.

Юлька заговорщицки подмигнула:

— Скажу, что ты отсутствуешь с разрешения Ритки.

Рита и Татьяна что-то живо обсуждали. При виде Амалии замолчали, и она сухо поинтересовалась:

— Я не помешала?

— Помешали, Амаль Станиславна. В следующий раз спрашивайте в секретариате, свободна ли я, — отрезала Рита.

Амалия ошалела от такой наглости:

— Воистину, Маргарита, ты не ведаешь, что творишь.

Рита смерила ее недобрым взглядом:

— Если я не ведаю, мне помогает разобраться Татьяна Николаевна. А вы, видать, с очередным предложением по «Систем сервису»? Так передайте своим друзьям по приватному бизнесу, что я решений не меняю. Морским узлом завязала и водичкой полила для крепости.

— Что ты себе позволяешь, девчонка? — закричала Амалия.

Татьяна поднялась:

— Я, пожалуй, пойду. Вряд ли в таком тоне получится обсудить отчет маркетингового отдела.

Амалия не обратила на нее никакого внимания, во все глаза смотрела на Риту:

— Маргарита, мне не нравится твое самоуправство, граничащее с самодурством. Почему я последней узнаю о твоих распоряжениях по компании? Это недопустимо. Мы должны вырабатывать согласованные решения.

— Я обязана перед вами отчитываться? Кто у кого заместитель, я не пойму, — возмутилась Рита. — Интересно, а Доминика на задних лапках перед вами плясала, как Анжелкин Зям? Нет? Вот и я не буду.

Когда Сергей вошел в ресторан, к нему кинулся официант, провел к лучшему столику. Это не укрылось от взгляда Косаревой, которая провела в ресторане уже не один час. Когда Сергей сделал заказ, Косарева спросила официанта:

— Прошу прощения, это ведь господин Никитин?

Официант кивнул и убежал на кухню. Косарева незаметно пересела за другой столик, чтобы лучше видеть Сергея. Тот рассеянно огляделся, взгляд его на ней не задержался.

Ванда позвонила Юльке:

— Объект вошел в ресторан, а там на двери знак: фотографировать запрещено.

— Ха! Это наша хитрая корпоративная стратегия! — объяснила Юлька. — Сейчас разберемся. Значит, так. Я звоню нашему менеджеру и говорю, что ты ресторанный критик из журнала.

— А вдруг мы пересечемся с настоящим критиком? — напряглась Ванда.

— Мы что, вчера вылупились? Если бы в «Нику» шел критик, я бы первая знала. Представишься реальным именем. Менеджер, Андрюха, классный парень, познакомься, кстати. Он тебя усадит, все покажет, покормит на шару, я ему велю. Только скажи, что ты от Юли из хэд-офиса. Привет передай. И пылкий поцелуй.

Косарева заметила, что Сергей опрокинул несколько рюмок, налил следующую. Она попыталась поймать его взгляд — на этот раз у нее получилось. Надежда томно и загадочно смотрела на Сергея. Он опрокинул еще рюмку и, прихватив бутылку, направился к столику Надежды:

— Можно к вам?

— Я вас не приглашала, — опустила глаза Надежда.

— Но ведь у вас есть сердце, вы не покинете в беде человека? Несчастного, всеми отвергнутого мужчину, но с добрым сердцем и богатой фантазией.

— Вы имеете в виду себя? — улыбнулась Надежда.

— О да, таинственная незнакомка!

Сергей быстро опьянел. Косарева незаметно подливала ему коньяк. Все это снимала Ванда.

Сергей был по-пьяному агрессивен:

— А ну включите мне мою любимую! Медляк Шакиры! Или что-то из Стинга!

— Сергей Анатольевич, вы же знаете, у нас не принято, — уговаривал его официант.

— Для меня все принято. Я здесь — главный. Что стоишь, кому сказал!

Перепуганный официант включил музыку, Сергей, пошатываясь, танцевал с Косаревой, он чуть не падал. Надежда его поддерживала.

— Я буду танцевать! Потому что люблю женщин! — орал Сергей, обнимая Надежду.

Так, в обнимку, они и вышли из ресторана. Сергей попытался что-то сказать заплетающимся языком:

— Поедем ко мне… Разреши доставить тебя в мою скромную городскую крепость…