— У кого на этой раз Сенье хочет отобрать имущество?

— Жан-Марк Бенуа. Живёт в своём поместье не далеко от города и почти никуда из него не выезжает. Всё, что ему нужно привозят в поместье.

— И когда всё случится?

— Сегодня. После захода солнца.

— Что? — удивился Лозарг.

— Даже и не думай, малец, — усмехнулся Сюркуф, — остановить их не получится. Они просто вспорят тебе брюхо, как собаке и твой земной путь закончится.

— Ты поможешь мне?

— Ты с ума сошёл? Эта затея — самоубийство, — возмущался Франсуа.

— Я один не справлюсь — мне нужно твоё оружие, — уговаривал его Лозарг.

— Ну уж нет… — отказывался кузнец, — если ты собрался в могилу, то вперёд, а я умирать не хочу.

— Да подумай же — сколько он ещё людей погубит и ограбит.

— Мне то что? Главное, чтобы меня не погубили, а за остальных я не беспокоюсь.

— Не уж-то ты думаешь, что Сенье оставит тебя в живых? Ты слишком много знаешь. Когда они закончат с Бенуа, ты будешь следующим, — Лозарг пытался припугнуть кузнеца, — ведь ты им больше не нужен… Etreenbonnesante, — юный лорд собрался уходить.

— Ладно. Постой, — Сюркуф испугался за свою жизнь, — у тебя есть план?

— Ещё нет. Сколько наёмников у Сенье?

— Около полусотни, и каждый до зубов вооружён.

— Помешать им уже не получится, но после победы их можно будет остановить.

— У Бенуа очень много охраны, поэтому боеприпасов они израсходуют не мало, может даже понесут потери.

— Антуанетта тоже в заговоре?

— Да, но она терпеть не может Венсана. И помогает ему только из-за денег.

— Она сможет чем-нибудь помочь?

— Ну… если как следует попросить, то да, — улыбнулся Франсуа.

— Хорошо, я поговорю с ней сам. От тебя нужно только оружие — всё остальное сделаю я.

— Ты — безумец, — полушёпотом сказал Сюркуф.

— Нет, я — спаситель, — улыбнулся Лозарг.

Кузнец вздохнул.

— Много тебе нужно оружия? — спросил он.

— Тридцать метательных ножей и два коротких кортика, таких, чтобы могли поместиться в мои сапоги, а пистолеты… как ими пользоваться?

— Я научу тебя, — засмеялся Франсуа.

— Сколько тебе понадобится времени?

— Мне понадобится не одна неделя, чтобы изготовить и раздобыть такое количество метательных ножей. Я попробую связаться со своими товарищами из Парижа, надеюсь они мне помогут. Часть я сделаю сам, а часть — привезут они. На подготовку заказа для Сенье ушло несколько месяцев. Здесь я справлюсь быстрее.

— Когда с Венсаном будет покончено, ты получишь свою награду.

— Хочется верить, — с надеждой улыбнулся Сюркуф.

— Хорошо. Эх, опасную игру ты затеял, — сказал Франсуа ему вслед.

Лозарг приостановился, но ничего не ответил.

Вечер подступал всё ближе и ближе.

— Ну что ж, пора, — сказал Сенье, глядя на опускающийся диск золотого солнца.

— Да, пожалуй, — согласился Сокаль.

Заговорщики сели в карету и направились к борделю Антуанетты. Она ожидала их у входа. Подъехав, Сенье медленно ей кивнул, она кивнула в ответ, и карета двинулась за город. В лесу их ждали наёмники во главе с господином в красном камзоле с двумя белыми повязками на левой руке.

— Жан-Франсуа, — обратился Сенье, — выходя из кареты, — всё ли готово?

— Да, Венсан, — немного хрипящим голосом ответил господин, приподняв свою треуголку.

— Пора занять позиции, — скомандовал Сенье.

Наёмники оседлали коней и через лес отправились к Бенуа. Добравшись, заговорщики засели.

— Теперь будем ждать весточку от Антуанетты.

Солнце уже полностью село. Тьма начала расползаться по земле, окутывая всё на своём пути. С наступлением темноты часть охраны Бенуа направлялась в бордель «Ecarlatesrose» (он был единственным в городе). Прибывшая партия охранников, была напоена вином, в которое подмешали яд Тофаны. Они заснули и больше не проснулись.

Через час из поместья выехала карета.

— Это за женщиной, — доложил Сенье.

Вскоре карета вернулась. В ней сидела куртизанка в маске с перьями.

— Весточка от Антуанетты, — обрадовался Венсан. Он был уже в нетерпении ворваться в это поместье, — приготовьтесь.

Привезённую девушку отвели в, роскошно убранную, спальную Бенуа. На маленьком столике стояли два бокала вина. Куртизанка должна была подмешать воду Тофаны в бокал Жан-Марка. Но если что-то вдруг пойдёт не так, то у неё под платьем был небольшой, острый как бритва, кинжал.