Лаура же требовала его голову? Вот она! Но не за волосы же её нести? Грязно и неприлично. Эх! Была не была! Скидываю рубаху, заворачиваю в неё отрезанную голову. С голым торсом не то что прилично ходить, но особого запрета нет. Кланяюсь сюзерену и показываю получившийся узел. Девица бледная, вцепилась в руку жениха.

– Стах! Я же в фигуральном смысле сказала, что хочу его голову!
– заявляет она мне.

– Виноват! Глуп! Не понял!
– отзываюсь я.

– И вот так всегда!
– жалуется соседям Его Величество.
– Что не прикажи - исполнит, но покойников оставит... Его некоторые за спиной уже зовут не Стах Тихий, а Страх Тихий. Или даже Тихий Ужас.

Женщины смотрят на меня, как на диковину. Одна непроизвольно облизывается. Слышу шепотки:

– Полный отморозок! Монстр! Красавчик! Какие мышцы! Я его уже хочу!

Кровь засыпали песком, я отошёл в угол к кавалергардам. Один показал большой палец, другой тихонько шепнул:

– Так этих гадов и надо давить!

Служители мне подали полотенце, вытереться от крови, и чистую рубаху.

Вторая пара вышла на исходные позиции. Капитан трижды выбивал меч из руки партнёра и давал его поднять. Причём на третий раз кольнул наклонившегося в ягодицу. В принципе, по правилам первая кровь есть, можно было бы сдаться и просить прекращения боя, но от обиды противник бросился в атаку и наткнулся на остриё. Второй покойник.

Поручик убил своего первым же выпадом. Подпоручик поразил врага в кадык. Пятого можно было брать голыми руками, но Государь посоветовался с Эдмундом и прекратил дуэль. Сказал:

– Хватит! Мне дворяне живыми нужны!

Не думаю, что наши противники были полными неумехами. Они боевые офицеры, однако фехтовать в бою редко приходится. У кавалергардов боевой опыт может и поменьше, но в фехтовальном зале они завсегдатаи. В общем, урок преподали, теперь едва ли про нашу принцессу кто-то что неуместное захочет сказать. Ещё резон - раз урок был наглядно-показательным, то и оппозиция к великому герцогу притихнет. А то решили, что раз они обстрелянные фронтовики, то мы почти штафирки, и управы на них не найдём. Найдём! Дадут приказ, я опять головы буду резать.

Эдмунд

В парадном кабинете Красного Дворца стояли понурые свитские. Великий герцог мерно прохаживался перед ними.

– Так вы думаете - барон голову отсёк, потому надо его считать несдержанным? Зря! Он магистр магии по Школе Огня. Был бы несдержанным, всю компашку ещё в парке бы спалил к свиньям собачим. Одним заклинанием. Редкого хладнокровия парень. Я, если бы был боевым волшебником, точно бы не сдержался. И, чувствую, сейчас не сдержусь.

Скорым шагом Эдмунд скользнул к понурому офицеру, одиноко державшемуся у стены.

– Кто тебе сказал, что вы можете невозбранно оскорблять мою девушку? Или сочли, что я размяк и спущу обиду?

– Ваша Светлость! Виноват!

– Думаешь, сказал "виноват" и отделался?! Моя будущая жена вам не приглянулась, и вы дали волю языкам? Так, да? А что за вашей болтовнёй последует, не подумали? Расскажу. Главный вывод, который сделал Лагоз - мои подданные оскорбили мою женщину, значит, я ими не управляю. Если я ими не управляю,

значит, для защиты принцессы нужно дать своих верных людей. Кроме рыцаря-защитника нужно выделить хоть роту гвардейцев для охраны. Это помимо слуг. Мне нужно иметь чужих солдат при своём Дворе? И отказать в такой ситуации ой как не просто! Лаура, в честь свадьбы, хотела к будущим подданным подольститься, несколько имений в своём герцогстве раздарить. Обычное дело. И ведь там не наши худые камни, там плодородный чернозём. Палку воткни - прорастёт, и плоды даст. Однако теперь решила - зачем врагов селить на своей земле? Тихому баронство округлит, да другим заступникам чего подарит. А вам - шиш. Невоздержанным на язык болтунам и того хватит.

– Мы же ничего такого, Ваша Светлость! Мы...

– Я знаю, чьи уши растут. Не по нраву протекцию принимать? А жрать зимой, что собираетесь?! Будущие доходы от острова в Колониях в кармане почуяли? Так откажитесь от них! Жалеете о неполученных трофеях с войны? А на что воевали бы в осеннюю кампанию! Да вы всё сами понимаете! Однако дурного гонору много, решили норов показать. Показали... Обделались перед всем светом. Идиоты сдохли, а мне оставили дерьмо, с которым придётся разбираться. Ладно, посоветуйте теперь, как мне перед девчонкой за оскорбление оправдаться? А?

– Ваша Светлость, девицы, они отходчивые и на ласковые слова падкие. Ей подарок посулишь, она и растает.

– Подарок? Пожалуй. Только что подарить? Деньги растрачены, драгоценности проданы. Разве... как барон? Голову последнего живого виновника преподнести? Как считаете? Заодно вам покажу, что всё ещё силён и крепок.

Герцог подошёл к единственному оставшемуся в живых из парковой компании. Посмотрел на того тяжёлым взглядом. Вдруг выхваченный из ножен, боевой меч молнией описал дугу, приёмом, известным под названием "Удар Палача", по пути снеся голову. Фонтан крови и откатившаяся голова, неожидавшего столь скорой казни, виновника, заставили присутствующих содрогнуться и задержать дыхание.