— Таш, кстати, ты должен ещё кое-что знать.

— Говори, — вздохнул шоно.

— Неру думает, что Омари пошёл против меня, чтобы спасти его.

— А это не так?

— Так и было, — проговорил амма.

— Не говори глупостей, — отозвался Шу. — Мы оба знаем, что ты бы не выстрелил.

— Не выстрелил в Юргена? — переспросил Оташ.

— Да, — кивнул Шу. Омари отвернулся.

— Давно я не был у волчьего камня, — вдруг проговорил шоно. — Небесный волк определенно на меня гневается.

— Пойдём к нему вместе, — ответил Юрген. — Вот разберёмся с Сармасом и пойдём.

— Да ты как раз недавно ходил. Вы ходили. Чёрт…

— Если ты прикажешь выслать меня, я пойму, — сказал Омари. — Если выдашь Фейсалии.

— Вот делать мне больше нечего, — отозвался Оташ. — Я знаю, что ты бы не выстрелил в Юргена.

— Ты так уверен? — удивился амма.

— Самому странно это говорить, но да. Да, я уверен. Но жалования за последний месяц я тебя лишаю. Пойдёт в пользу пострадавших от землетрясения.

— Что ты будешь делать с Неру? Отправишь погоню?

— А смысл? Погонять стражников туда-сюда? Меня сейчас больше волнует Сармас.

— У меня просьба, — проговорил Омари.

— Что ещё?

— Напиши Кабиру. Я хочу знать, что с моим сыном всё в порядке.

— Юрген напишет. А теперь пошёл с глаз моих и чтобы я тебя долго не видел.

Молча кивнув, Омари удалился.

— Меня это тоже касалось? — поинтересовался Юрген.

— Нет, я на тебя слишком сильно зол.

— И что ты станешь делать?

— Бить тебя, разумеется. Пошли, потренируемся.

Шу дал слово драться честно и очень скоро оказался лежащим на земле с кулаком Оташа в пугающей близости от собственного носа.

— Не забывай, что я публичное лицо, — тяжело дыша, проговорил Юрген.

— А что, мог бы настраивать народ на честное поведение своим внешним видом, — Оташ поднялся и подал другу руку.

— Мол, если будете воровать, то вам лично великий шоно нос разобьёт?

— Могу не только нос.

— Извините, что помешал, — послышался рядом голос Элинора. — Но у меня новости о Сармасе.

— Вы узнали, где он? — оживился Оташ.

— Альфред оставил человека следить за тем домом с подвалом. Так вот туда возвращался мужчина, очень похожий на Сармаса. Наш сыщик проследил за ним, и сейчас Альфред направился по этому адресу, а я поспешил сообщить вам.

— Правильно сделал, — кивнул шоно. — Веди нас туда.

— Хорошо же мы выглядим, — хихикнул Юрген. — Все грязные и всклокоченные.

— Пусть Сармас нас сильнее боится.

— Дай хоть рубашку надену. И сам оденься, что ли. И пистолет не забудь.

— Свой не забудь, — усмехнулся Оташ.

Они прибыли на место очень вовремя. Во дворе дома с покосившейся крышей стоял Альфред, держа в одной руке пистолет, а в другой кнут. Напротив него было двое: Сармас и какая-то женщина, которая сжимала обеими руками пистолет, направленный на Брунена. Сармас как раз поднимал своё оружие с земли.

— Эй, вы оба! Бросайте оружие! — крикнул Оташ, доставая свой пистолет.

— Нас в любом случае больше! — подхватил Юрген. Элинор также достал свой пистолет.

— Даже если вы сделаете по одному выстрелу, — проговорил Альфред, — нас останется ещё двое. И эти двое моментально прикончат вас. У вас нет шансов.

— Шанс есть всегда, — ответил Сармас и, бросившись к женщине, приставил дуло пистолета к её голове. — Вы же пожалеете её? Она всего лишь несчастное запутавшееся существо, которое доверилось мне.

— Что ты делаешь? — прошептала женщин, роняя своё оружие.

— Всё хорошо, — ухмыльнулся Сармас. — Всё хорошо. Я всего лишь должен уйти.

— Я не стану жалеть женщину, которая целилась в меня из пистолета, — ответил Альфред.

— Покрывать преступника всё равно что совершить это преступление, — добавил Оташ. — Либо ты отпускаешь её, либо убиваешь — решать тебе.

— Но сам ты всё равно труп, — закончил Брунен.

— Прежде чем тебя убьют, ответь мне, — снова заговорил Юрген. — Каков был твой план? Если бы не случилось землетрясение, что бы ты сделал?

— Я знал, что оно случится, — ответил Сармас.

— Что, тоже зов?