— Спасибо на добром слове, старший и привет вам обоим. — Отвечаю я улыбнувшись. — Как вам Ферос и его Хозяева?

— Это поразительно, Женька! Особенно Лучик, лишь пообщавшись с ней лично, я понял какое она на самом деле чудо! — Воскликнул Иван. — Нас на аудиенцию пригласили всех, и весь мой экипаж побывал в её чертогах. Только вот почему ты так уверена, что рахни здесь в безопасности? Тут ведь нет развитой ПКО и враг может в любой момент явиться и засыпать Ферос своим десантом.

— Жнецы сюда не сунутся, для них подходить к планете, это гарантированно потерять свои платформы, поскольку Старик моментально перехватит контроль над ними. А по поводу Ручейка, так здесь она как у Христа за пазухой. Старик не только вылечит её, но и восстановит ментальную защиту. — Отвечаю я.

— Это с чего вдруг? — Удивляется Иван и Хэм не менее удивлённо, только молча, смотрит на меня.

— Странники, не подвластны Врагу. — Говорю я.

— Странники?! Так есть ещё кто-то подобный тебе? И кто это из местных?.. — Спрашивает Хэм, но внезапно его как разведчика осеняет догадка и старший потрясённо шепчет: — Старый корень!

А младший просто стоит с открытым ртом и лишь тихий ироничный смех Старика в наших мыслях.

— Как экипаж? Я знаю, что у вас, как и у нас были потери. — Спрашиваю я парней, чтобы вывести их из ступора.

— Люди хоть и расстроены, но все считают, что потери были не зря. А про кроганов из «Аралаха» я просто молчу. Эти парни, говорят, что Лучик готова, после обучения и полного курса лечения, отправить к ним на Тучанку Ручейка. Так что, задание Архонта, они выполнили полностью. — Говорит Ванька, тряхнув головой.

— Раз так, то готовьтесь к походу, мы уходим на Лазурную. Пришёл письменный приказ подписанный дядей Стивом и Советом. Нас ждёт ремонт и модернизация. — Говорю я, — заодно, экипажи отдохнут на планете.

— «Канн» и «Бородино» уже там, так же как и почти половина нашей эскадры. — Говорит Хэм.

— БП решил переделать всех скопом? — Удивляюсь я.

— Есть причины. В эскадре потери… — Отвечает старший.

— Кто?! — Чувствуя горечь и укол страха, спрашиваю я.

— Потеряны, «Лазурный птах» и «Скороход». Штаб разогнал эскадру на модернизацию и пока анализирует произошедшее, вырабатывая рекомендации. Терять корабли и людей Петрович и Советники не желают категорически. — Говорит мне Иван.

— Как их подловили? — Спросила я.

— Долго говорить, прочитай отчёт штаба, там всё есть. — Ответил мне Хэм. — Прочитай обязательно, может, что удумаешь. Все командиры и старшие офицеры сейчас этим заняты.

— Хорошо, так и сделаю. — Говорю я, козыряю братьям, и мы расходимся по кораблям. На Лазурной ещё будет время поговорить.

Захожу в БИЦ, выслушав команду «Капитан на мостике» сажусь в своё кресло. Оглядываю помещение и, кивнув своим людям, говорю: — Мистер Санчес, считайте маршрут в систему Зевс, мистер Моро, команду напарникам, строй пеленга, поехали…

И смотрю на своём пульте, как уходят вниз, плиты космопорта Ферос.

Главнокомандующий Стивен Хакетт (Лазурная, Орбитальная крепость «Китеж» 10 февраля 2387 г.)

Он стоял у панорамного экрана в своей каюте и смотрел на раскинувшуюся панораму гигантской стройки. Тысячи рабочих всех рас, не покладая рук, недосыпая, строили гигантский прибор под названием «Горн». Все надежды и чаяния миллиардов других, были связаны с его постройкой, до конца которой было ещё ой как далеко. Да и пока нет части чертежей, достроить его невозможно.

Дальше в чёрном, подсвеченном мириадами звёзд пространстве виднелись сотни стапелей, на которых без устали собирали корабли. Внизу, на искрящейся огнями планете миллиарды живых словно машины, трудились на заводах и фабриках, изготавливая двигатели и орудия, ракеты и броню. И многое-многое другое, нужное для производства кораблей.

А миллионы молодых мужчин и женщин всех рас, обливались потом в тренировочных лагерях и классах. На тренажёрах и имитаторах. Готовясь встать за пульты в строящихся кораблях и, надев броню и взяв в руки оружие. Стать частью десантных нарядов этих же кораблей.

Думал ли он в далёком уже 2304 году, что когда-нибудь возглавит всё человечество в самой страшной и разрушительной войне в истории его расы. Достигнет величайшего личного могущества и славы, дослужившись до Верховного Главнокомандующего. Думал ли?

Нет, хотя он уже не мог вспомнить, о чём, он тогда думал и мечтал. Годы во флоте, тревоги и войны, гибель близких. Оставили на его лице свой отпечаток. Морщины на его лице, старили его, по сегодняшним меркам, ещё весьма молодого мужчину.