— Возможно, они уверены в положительном исходе переговоров.

— В этом нельзя быть уверенным до конца!

…Внизу шел дождь.

"Обычная для этого времени на этой планете погода", — подумал Люк, первым выходя из шаттла. И это хорошо.

Серые тугие струи дождя яростно лупили по камням, вымостившим двор резиденции правителя, любезно предоставленной им для переговоров, и сквозь эту серую шелестящую пелену с трудом можно было разглядеть, кто именно прибыл.

Офицеры Альянса, прибывшие вместе с Люком, поднимали воротники и придерживали фуражки. Сам Люк натянул капюшон, скрывая лицо… и Вейдер, выпрыгнувший вслед за сыном, проделал то же самое. Лорд Ситхов не стал надевать перчатки, и его рука, придерживающая моментально намокший капюшон, казалась ослепительно-белой на фоне черной материи его плаща.

Лорд Ситхов чуть наклонился, скрывая свой рост, чтобы не так сильно бросаться в глаза. Несомненно, такой видный, высокий и, сильный человек (вероятно даже, джедай) не мог не привлечь внимания людей, встречающих делегацию Альянса. Люку даже показалось, что кое-кто с подозрением пытается заглянуть под низко опущенный капюшон Вейдера.

Но эти белые руки, перебирающие вымокшие складки плаща, и легкая походка сбивали с толку. Кроме того, уж кому-кому, а имперцам были хорошо известны и знаменитые перчатки Вейдера, и его сапоги, кроме которых он никаких иных не носил.

Этот же человек, приковавший внимание охранки, был обут в самую простую обувь, ничем не отличающуюся от обуви того же Люка, скажем. Да мало ли высоких людей…

"Отлично, — подумал Люк, видя, как имперцы теряют интерес к Вейдеру. — Имперцы, не подозревая о его присутствии, тоже будут смелее… поначалу."

Делегацию Альянса проводили в крытую галерею, которая вела в зимний сад. Услужливый дворецкий пояснил, что там для посланников Альянса уже накрыт стол, и вести переговоры среди экзотических прекрасных растений будет намного приятнее.

Молча выслушав витиеватые объяснения, Люк шагнул в указанном направлении, и его люди двинулись за ним.

— Как думаешь, для чего им понадобилось отсылать нас так далеко? Гораздо быстрее мы вошли бы в дом, — произнес Люк, чуть оборачиваясь к Вейдеру.

— Тянут время, — коротко ответил Вейдер, поправляя капюшон. — Будь наготове.

Едва парламентеры ступили в галерею, гранд-моффу доложили об этом.

Он и в самом деле ожидал их за накрытым столом в указанном зимнем саду, но что-то говорило ему, что все это — и сервировка блестящим серебром, и хорошее вино, и легкая музыка, — ему не понадобится вообще. Не придется лгать, глядя в глаза, представителям Альянса — или придется, но недолго и зря. Обман вскроется очень скоро, и тогда…

Гранд-мофф нервно сглотнул и перевел взгляд на голографическое изображение, застывшее на столике перед ним.

— Все готово, — произнес Винер, стараясь придать своему голосу уверенность и твердость, приличествующие человеку его положения. — Они идут сюда. Пора начинать.

Лицо собеседника, состоящее из голубоватой голографической ряби, злобно оскалилось, и вместо внятной речи гранд-мофф услышал какой-то жуткий кровожадный вой, полный нетерпения и жажды крови.

Не в силах больше видеть этой жуткой радости, гранд-мофф ткнул пальцем в кнопку, выключая изображения, и с силой сжал голову руками.

— Налейте мне вина, — велел он, наконец, подняв измученное ожиданием лицо. — Да где же, наконец, они?!

***************************

Нетерпение овладело Вайенсом еще до введения крови.

Его воспаленные глаза лихорадочно горели, когда он нетерпеливо затягивал на шее ремешок, и палец перелистывал один за другим планы станции на сенсорном экране перед ним.

Хотя этого можно было и не делать; Дарт Акс знал строение станции наизусть, и точно знал, где располагаются жилые сектора…

Орландо Вайенс сам распорядился о том, где будет жить Вейдер.

Он отметил этот отсек красным на всех своих картах.

Он прошел бы путь до него с закрытыми глазами — сколько раз он проходил его в своем воображении, и сколько раз его сайбер, добытый в бою самим Вейдером, пронзал тело ситха!

И теперь, чувствуя, как обжигающая, отравляющая его кровь императора проливается в его кровоток, чувствуя, как тонкие иглы по обе стороны от его позвоночника прокалывают его мышцы и кровь проливается прямо у нервов, и как берсерк накрывает его с головой, а сознание расширяется, впуская того, кто не боится ничего, Орландо Вайенс дико захохотал, покрываясь липким потом от боли, и его отчаянные желтые глаза отразились в панели управления, там, где горела намеченная заветная цель.

И ведомые им люди готовы были нанести удар там, где он скажет — а он говорил им не раз, и каждый раз в его глазах промелькивал огонь:

— По спальному сектору!

********************************

И это была первая ошибка Дарта Акса.

Недаром он носил это имя — Акс, топор.

Его удары были прямолинейны, внезапны и смертельны. Но куда он бил?

В опыте уворачиваться от внезапных ударов ему не тягаться с Вейдером.

Предвидя недоброе, многократно видя посылаемые ему Силой сцены горящей станции, Вейдер, казалось, раз за разом просматривал всевозможные развития ситуации, он мучительно размышлял, как ему предотвратить это.