— Я, конечно, люблю подарки, но то, что у меня в сумке, стоит намного дороже, чем ты думаешь. Заряд шестьдесят процентов. Да и грузовик мой немного дороже, чем ты говоришь. Бензин — это хорошо, а масло, ремонт, запчасти, если, не дай Бог, сломаемся?.. Услуги механика? Будешь предлагать мне всё это за три цены?

— Обычно, северянам присуща щедрость. К тому же, не надо расстраивать меня и говорить, что показала батарею половине рынка просто для того, чтобы позлить толстого Ханума. — Склонив голову набок, иронично улыбнулся караванщик. — Ты, ведь, искала того, кто её возьмет.

— Её любой возьмет, да не всякий цену потянет. — Вернула улыбку торговцу Элеум. — Так, как насчет масла, расходников, ремонта и прочего? К тому же, со мной едет… напарница. А ты предлагаешь мне только одну пушку…

— По пути сюда я дважды нарывался на засады. Потерял фургон и двоих охранников. Мне пригодился бы омега в караване. — Пожевав губу, процедил караванщик. — Но, с другой стороны, лишний человек в конвое — это лишний рот, а мой барыш не слишком велик…

— Значит, тебе, тем более, не помешает фура, чтобы везти твое барахло, — перебила старика наемница. — И водила. Больше товара, больше прибыли, так? А халява — это здорово, правда, сладенький? К тому же, лишний человек — это не только лишний рот, но и пара рук. Если попал в жадный песок, даже за хвост осла схватишься, так?

— Видимо, ты довольно долго жила в Холмах, северянка. Разговариваешь, почти как настоящие люди. — Слегка раздраженно дернув щекой, купец скрестил на груди руки. — Твои условия?

— С тебя еще пара винтарей, только не того дерьма, что ты выставил на прилавок, а нормальных; плюс пять сотен сверху. Если что-то случится с фургоном — ремонт за твой счет. Если согласен — считай, что мы договорились. — Достав из-за уха сигарету, девушка щелкнула пальцами, и по её ладони заплясали веселые искорки.

— Жадность — грех. — Нервно цыкнул зубом торговец.

— Я тоже так думаю, милый, — насмешливо хохотнув, Элеум раскурила папиросу и принялась с задумчивым видом катать «козью ножку» между пальцами. — А как насчет воровства у Легионеров? Ты знал, что они ставят клеймо на внутренней стороне ствольной коробки? Это я так, к слову…

— Это не воровство, — вернувшись к сундуку, караванщик со вздохом вытащил из него еще два длинных, покрытых масляными пятнами бумажных свертка. — Это взаимовыгодное сотрудничество. Братья каптенармусы [36] иногда вынуждены избавляться… от излишков трофеев. Это довоенные СКС [37]. — Пояснил караванщик. — Со складов резерва Легиона. Так что, машинки считай, что новые. Почти. Даже не знаю, как они там оказались, и откуда их откопал Легион, но… Хоть этим карабинам лет двести, но по точности и надежности они почти любую довоенную разработку за пояс заткнут. Во всяком случае, из тех, что за деньги найти можно. А вот братство их почему-то не любит. Никогда не понимал, с чего стрелки к винтовкам и карабинам так тянутся, а Легионеры от них нос воротят…

— У Железнолобых патронов, как грязи. У них на главной базе целая фабрика. Не как в Сити, где до сих пор половину боеприпасов можно смело выкидывать от греха подальше, а по уму, с роботизированными станками, нормальными допусками, и всё такое. — Рассеянно почесав шею, протянула Ллойс. — Вот и хватаются они за свои трещотки. Ведь, плотность огня действительно много, где решает. А нам лучше то, что попроще и поэкономней. Что починить на коленке можно и, желательно так, чтоб одна пуля — один труп.

— Как-то так я себе это и представлял. — Кивнул караванщик, — кстати, патроны от автоматов ты еще не отдала? Я бы взял. Взаимозачетом.

— Не люблю я боеприпасы продавать, сладенький, — покачала головой Ллойс, — примета, говорят, плохая. К тому же, они к этим малышкам, как родные, пойдут, — довольно похлопав ладонью по сверткам, девушка, стряхнув пепел на ковер, смачно потянулась, улыбнувшись во все тридцать два акульих зуба, и уставилась на караванщика немигающим взглядом. — А мои пять сотен?

— Жадная ты, омега. — Тяжело вздохнул купец, — предлагаю следующее. Сейчас ты напишешь список, а Малико пройдет по рядам и купит всё, что тебе нужно, по нормальным ценам. Всё, что останется, я тебе верну.

— Нанобланки найти сможешь? Что-нибудь лечащее-защитное из линейки военного или этого, как его, — Элеум прищелкнула пальцами, — тактического-прикладного, вот. Деньги найду. Знаю, что добавить придется.

— На всем рынке ни одной культуры не найдешь. Финк всю нанобиоту на корню скупает. В этом сезоне вообще четыре цены дает. — Торговец хмыкнул. — А тех, кто хоть один бланк прикарманить решил, за ворота вышвыривает. К тому же, за пять сотен ты и пол дозы аддиктола не купишь. Так что, если тебе чего-то такое нужно — это в местную клинику.

— Хм… — Задумчиво пыхнув сигаретой, наемница снова покопалась в затылке. — Ясно… — Протянула она после долгой паузы. — Тогда, пожалуй, я сама справлюсь.

— Ну… Как хочешь. — С виду безразлично пожал плечами торговец и, со вздохом запустив руку за пазуху, бросил на ковер перед наемницей несколько слитков серебра. — Здесь двести. Остальное после того, как мы начнем составлять конвой.

— Это несерьезно, милый, — поморщилась Элеум, — ты, что, мне не веришь?

— Верю. — Пожал плечами купец. — Поэтому даю тебе две сотни серебром.