— Дом Сильвер давал за Фурию пятьдесят тысяч… — Неопределенно протянул Мрак.

— Она только что принесла мне сотню… — Фыркнул толстяк. — К тому же, три года назад награду снизили до десяти.

— Думаешь, сможешь выжать их из Брокера? — Нахмурился Мрак.

— Думаю, если он их не отдаст, потеряет лицо. — С довольным видом потер руки устроитель боев. — Прикажи открывать ворота. И пусть кто-нибудь посмотрит, что можно сделать с Клавикусом.

— Да что там сделаешь, — вздохнула Ликана. — В клочья и есть в клочья… Такое, даже Зэд не сошьет.

— Ллойс победила, — неожиданно заявила Кити и с улыбкой повернулась к Финку. — Ллойс победила!

Устроитель боев уставился на девушку с таким видом, будто с ним неожиданно заговорил пес.

— А ты, пожалуй, права, девочка. — Пропыхтел он, спустя минуту. — Хорошее наблюдение. Ликана, налей малышке немного вина, это надо отметить.

****

Взрыв вышел, что надо. Мастер, сделавший чудо-украшение, утверждал, что один грамм его смеси соответствует сорока граммам тротила. Тогда Ллойс в это не очень-то верила, даже после демонстрации, когда полуграммовая капсула на ее глазах разнесла не самый слабый замок. И заказала самые массивные барбеллы, что были на прилавке. Полтора грамма в каждую головку серебряной гантели. Поначалу осознавать, что носишь в себе кусок взрывчатки, которой с лихвой хватит на пару полноценных гранат, было несколько некомфортным, но потом Ллойс рассудила, что, если уж судьба распорядится так, что она словит пулю ртом, то детонировавшая на языке бомба будет довольно гуманным решением…

Но наемница даже представить не могла, что этот маленький заряд имеет подобную мощь. Ллойс рассчитывала шокировать и оглушить монстра, если повезет нанести ему серьезную рану… То, что взрыв практически разнесет тварь на куски, она не могла и мечтать. Клавикус с воем извивался на песке. Из разорванного в десятке мест брюха чудовища вываливались изорванные сизые кольца кишок. Ллойс брезгливо поморщилась, под лопнувшей слизистой явно были видны полупереваренные человеческие ступни. На секунду застыв, монстр остановил взгляд налитых кровью глаз на Элеум. Свернутый набок хоботок носа хлюпнул и изверг из себя целый водопад смешанной с гноем крови. Огромная пасть приоткрылась, обнажая два ряда окровавленных острых, словно ножи, клыков. Между зубов мелькнул длинный язык.

— До-бей! — Выдохнула тварь. — До-бей…

— Черт… — Сделав два шага назад, неверяще выдохнула Ллойс. — Черт меня дери.

— До-бей! — Рявкнула тварь и, содрогнувшись всем, наполовину выдранным из своего ложемента телом, придвинулась к Ллойс на добрый метр. — Бо-оль-но-о-о… Су-у-ка…

— Как скажешь, красавчик. — Сплюнув под ноги обильно сдобренную кровавыми прожилками слюну, Элеум, глубоко вдохнув, прикрыла глаза и, зажав между колен вывихнутую из сустава руку, резко дернула плечом вверх. — О, черт…

— Су-ка… До-бей… Не хо-чу… Боль-ше… Обе-щал. До-мо-й… Не… От-пу-ска… — Чудище содрогнулось, и из его пасти хлынул поток крови.

— Добить… Да пошел ты…

Оглядевшись по сторонам, Элеум подобрала лежащий в десятке шагов от нее стальной прут. Стержень был тяжелым и острым. Скорее всего, обломок одной из тяг механических ног дрона. Наемница хмыкнула. Ей опять повезло, знай она что взрыв будет такой силы, отошла бы подальше.

— Ну что, готов, красавчик? — Перехватив импровизированное копье, наемница размахнулось. Её учили и этому. Ножи и мечи, пики и секиры…

Ллойс никогда не считала себя мастером рукопашного боя, но, чтобы метнуть острую палку с десятка метров, много умения и не надо. Прут с чавканьем вошел в левый глаз твари. Монстр содрогнулся в последний раз и затих.

Трибуны взорвались криками. Элеум ухмыльнулась. Она действительно потеряла сноровку. Ведь только сейчас наемница заметила, что до этого над манежем царила почти мертвая тишина. Демонстративно раскланявшись на все четыре стороны, Ллойс подошла к неподвижному монстру, поставив каблук на изломанное тело твари и задрав голову, отсалютовала в сторону ложи.

— Я выиграла, Джебедайя! — Гаркнула она во всю силу легких. — Теперь твоя очередь!!

По рядам трибун пронесся изумленный вздох, перешедший в радостный рев. С трудом поднявшись со своего кресла, жирдяй медленно шагнул вперед, тяжело оперся на поручень. Губы устроителя боев изогнулись в усмешке. Медленно кивнув, толстяк вяло махнул рукой в сторону массивной арки «триумфальных ворот». Словно дожидавшиеся его жеста створки портала дрогнули и разошлись в стороны.

****

— Дерьмоеды, — глухо рыкнул Терн. — Бесполезное мясо, — плюнув на лежащий у ног труп, Колючка, откинув плащ, повернулся к сгрудившимся в нескольких шагах бандитам и оскалился в не сулящей ничего хорошего усмешке. — Ну, что, падаль? Кто ещё желает поучить меня вести прайд?

— Это опасно, Босс. Слишком большая доза… — Отделившийся от толпы худощавый, с ног до головы покрытый грубыми, аляповатыми татуировками, рейдер склонился в глубоком поклоне. — Нам не стоит… Ах… — Поперхнувшись, бандит, согнувшись пополам, с воем покатился по земле, пытаясь удержать в ладонях лезущие из огромной раны, ускользающие сквозь пальцы кольца кишок.

— Зазнавшаяся падаль, — усмехнулся Терн, и небрежно обтерев лезвие тесака о штаны, засунул его за пояс. — Бросьте его в мясную повозку. Звери голодны.