Вниманию путешественников:

Колонизация сектора Гамма началась в 2381 году, но из-за частичного краха цивилизации после века Исхода и кризиса на Фетиде последние планеты Гаммы были открыты лишь два столетия спустя. Старые гаммитские миры отчаянно гордятся своей борьбой за выживание в течение двух веков хаоса.

Сектор по праву считается умеренно ценным и, несмотря на небольшой размер, имеет значительное политическое влияние. Голоса его планетарных представителей зачастую оказываются решающими в спорах между куда более крупными секторами Альфа и Бета.

* * *

Мурлыкая себе под нос, я вел тяжелоподъемник по свалке. Остановил его в нужной позиции и, закрепив светящий луч на отмеченных обломках древнего экскаватора, потянул вверх, чтобы раскопать свой драгоценный клад…

Мурлыканье оборвалось.

– Какого хаоса?

Я в негодовании смотрел на пустой клочок земли. А ведь тут должно быть семьдесят девять кубов спрессованного металла! Я их две недели копил и сегодня во второй половине дня, пока отец у друзей, собирался осуществить свой грандиозный план: расставить кубики перед домом, чтобы, вернувшись, папаша первым делом узрел сложившееся из них слово «Отъядрись!». Но все пропало.

Я ударил по панели, открепляя луч, и экскаватор грохнулся на место. Я подождал пару минут, пока он перестанет раскачиваться, затем спрыгнул с подъемника и принялся обыскивать свалку. Возможно, мой тайник просто сдвинулся за кучу старых грузовых саней в углу или…

Но нет. Его нигде не было. Наконец я сдался, постучал по глядильнику, залезая в систему дворовых распродаж, и узнал отвратительную правду. Утром папаша продал все мои металлические кубики!

Я уселся на корпус мертвого буфета и вздохнул. История всей моей жизни. Вообще никаких развлечений. Другие семнадцатилетние парни ходят в школу, дружат, встречаются с девчонками, а я застрял на отцовской свалке и вынужден пахать дни напролет.

Пятнадцать месяцев назад бросить школу казалось отличной идеей. Я успел пожить на девяти разных планетах, и только когда мне стукнуло четырнадцать, мы перебрались на Асгард, где отец решил осесть и открыть дело по утилизации отходов. Я уж думал, что наконец пробуду на одном месте достаточно, чтобы завести в школе нормальных друзей, но все ребята давно друг друга знали, и я не вписывался. Когда выяснилось, что мой папа собирает весь школьный мусор, ситуация стала совсем паршивой. Меня высмеивали, называли «утиленок», предлагали вычистить баки. Я жаловался учителю, но остальные все отрицали и окончательно на меня ополчились, так что…

В общем, когда папа сказал, что в шестнадцать я вполне законно могу уйти из школы и стажироваться у него, я с радостью ухватился за такой шанс. А теперь начал подозревать, что совершил огромную ошибку. Да, меня больше не обзывали, но лишь потому, что я вообще никого не видел. Отец расписывал стажировку так красочно, я думал, что буду заключать сделки, покупать и продавать вещи… но всем этим занимался он сам. А я лишь собирал мусор тяжелоподъемником на грузовые сани и тащил все это дело через свалку в утилизатор. Если бы папа просто…

Мой глядильник издал несколько первых нот мелодии звонка, и я приготовился услышать тошнотворный голос певца. Я нашел этот глядильник в мусоре несколько дней назад. Одна из последних моделей, отличное состояние – я радостно перекинул на него всю личную инфу, а потом понял, почему предыдущий владелец его выбросил. Какой-то глюк с повреждением данных, и как только установишь определенные параметры – уже никогда не сможешь их изменить. А значит, я не мог изменить сигнал вызова (Зен Аррат поет о своей вечной преданности некой девушке по имени Бриллиант), не мог убрать заставку с экрана (полуобнаженный Зен Аррат – фотка на грани законности), не мог отключить оповещения (из фан-клуба Зена Аррата, приходящие всякий раз, стоит парню только чихнуть).

– Моя любовь к тебе… – запел Зен Аррат.

Глянув на экран, я увидел, что это не очередное оповещение от фан-клуба, а входящий звонок от отца. Говорить с ним не хотелось, но заткнуть Аррата надо было.

– Крат, я возвращаюсь домой. Жди меня там!

– Что? Зачем?

Папа понизил голос до драматического шепота:

– Мы делаем специальный выпуск. Подпольная сеть только что передала срочные новости для ретрансляции.

– Отпад! – Я вскочил на ноги. – И что мы ретранслируем?

– Небезопасно обсуждать это вот так. Просто дуй домой.

Отец отключился, а я трусцой припустил через свалку. И почти добрался до ворот, когда увидел огромную изумрудно-зеленую бабочку порхающую прямо ко мне вдоль забора. Я замер и сохранял дистанцию, пока эта зараза не пролетела мимо.

Ненавижу асгардских бабочек. В свой первый день в этом мире, буквально три часа спустя после прохода через межзвездный портал, я наткнулся на такую – темно-красную с золотым. Я подумал, что она просто потрясная, и попытался коснуться, а эта ядернутая тварь меня цапнула! За минуту рука разбухла и побагровела. Я оказался в медицинском центре, где услужливый докторишка лечил меня от аллергической реакции, по пути упрекая в глупости, дескать, надо же читать предупреждения и пометки для путешественников, когда прибываешь на новую планету. Учитывая, что я жил в девяти разных мирах с совершенно безобидными бабочками, мне нотация показалась совершенно несправедливой…